Что главнее закон или договор?

Что главнее закон или договор?

Вопрос, что главнее закон или же договор , достаточно риторический. Вполне очевидно, что договор базируется на законодательстве, никак иначе. То есть, закон считается основой формирования всех официальных документов. А значит, главнее законодательство нашей страны, а не договор.

Что такое закон?

Закон – это специализированный нормативно-правовой акт, который принимается исключительно законодательным органом государственной власти. То есть, другими словами, законодательная база принимается в особом порядке и в принципе, она непременно формируется на конституционных нормах нашей страны. Благодаря законодательной базе формируется определенные правовые отношения, которые в принципе, являются основой любого государства. В широком смысле слова законодательство представляет собой своеобразные нормативно-правовые акты, которые действуют исключительно в рамках конкретной правовой системы. Таким образом, именно законодательство является основой правовых взаимоотношений в государстве. На законодательной базе формируются и все судебные инстанции, которые впоследствии рассматриваю всевозможные споры, но исключительно на основании тех законов, которые действуют на текущий момент времени в пределах страны.

Что такое договор?

Договор – это своеобразный правовой акт, который подписывается двумя или же более сторонами, и формирует четкие аспекты взаимоотношений сторон. Все виды договоров в нашей стране непременно должны быть составлены в соответствии с текущим законодательством с учетом всех изменений. То есть, существует четкая законодательная база, которая в принципе формирует аспект правильного составления и подписания договоров. Нарушение данных норм формирует возможность признать тот или же иной договор – недействительным. То есть, другими словами, формируется возможность оспорить договор или же его часть.

Вывод

На основании вышеизложенного материала, можно определить тенденцию зависимости закона и договоров. Тем не менее, именно договора прямо или же косвенно зависят от законодательства. А вот законы ни коим образом не зависят от договоров. Таким образом, можно сказать о том, что важнейшим элементом всех правовых отношений изначально выступает законодательство. Оно является своеобразной базой, которая формирует особенности составления любых договоров. Причем, все договорные отношения изначально формируются исключительно на основе четко проработанных законов. И если сама суть договора не соответствует установленным нормативно-правовым актам, то такие договора не будут признаны действительными. Помните, что именно закон является основным источником права, причем именно он впоследствии выступает юридической основой для составления большинства других правовых документов.

Кто устанавливает законы РФ?
В нашей стране существует весьма обширная законодательная база. Тем не менее, не каждый человек знает о том, кто устанавливает законы РФ. Данный вопрос мы с вами рассмотрим…

Что главнее закон или кодекс?
На вопрос, что главнее закон или кодекс , ответить однозначно – не получиться. Все дело в том, что данные понятия тесно взаимосвязаны, именно по этой причине, в них нужно…

Кто составляет законы в России?
Многие люди задумываются о том, кто составляет законы в России. Вопрос действительно очень серьезный. Ведь все законы, которые приобретают юридический статус, являются…

Что относится к законам?
В современном обществе семейные, деловые и административные отношения между людьми в большинстве случаев регулируются различными правовыми источниками. Главное место в системе…

СООТНОШЕНИЕ ДОГОВОРА И ЗАКОНА

Л.В. СОЦУРО
Соцуро Л.В., доктор юридических наук.
Соотношение договора и закона, по мнению ученых-цивилистов, является дискуссионным. Важность проблемы определяется научной новизной и актуальностью гражданского законодательства России, необходимостью толкования условий договора. Соотношение между договором и законом нами предлагается называть режимом правового регулирования договорных отношений (далее — правовой режим).
О.Н. Садиков правовой режим соотношения договора и закона исследовал путем толкования требований статьи 422 ГК, федеральных законов и иных правовых актов .
———————————
См. Садиков О.Н. Договор и закон в новом гражданском праве России // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. N 2. 2000. С. 137 — 142.
Заметим, что статья 422 ГК устанавливает подчиненные начала для договора, который должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК). При этом не ущемляется свобода договора. В соответствии со ст. 421 ГК субъекты гражданского правоотношения свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить между собой вид договора, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Диспозитивная сторона закона или иных правовых актов применяется, если иное не установлено соглашением сторон.
Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями делового оборота, применяемыми к отношениям сторон.
В связи с этим напрашивается вывод о том, что договор и закон, одновременно располагаясь в определенной правовой иерархии, находятся в паритетном соотношении установленных правил. Причем правила установлены законом, паритетны для договора и в соотношении являются его правовым режимом.
В то же время более чем спорным является вывод О.Н. Садикова о корректировке статьи 422 ГК в связи с ее расширительным толкованием. О.Н. Садиков, анализируя п. 1 ст. 422 ГК, утверждает: «между тем имеется немало гражданско-правовых сфер, где важную роль играют правила, утвержденные федеральными министерствами и ведомствами. Это перевозки грузов и пассажиров, снабжение электроэнергией, расчетные операции, некоторые другие специальные, однако практически важные области, где широко используется договор. Названные правила содержат большое число императивных норм, и заключаемые договоры должны соответствовать этим обязательным для участников договора предписаниям. Соответственно формулировка статьи 422 ГК РФ о подчинении договора императивным нормам закона и иных правовых актов должна толковаться расширительно и относиться также к актам министерств и иных федеральных органов, а в дальнейшем была бы желательна и корректировка редакции этой статьи» .
———————————
См. Садиков О.Н. Договор и закон в новом гражданском праве России // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. N 2. 2000. С. 137.
Несостоятельность приведенной позиции заключается в ошибочном выводе автора о расширительном толковании по объему п. 1 ст. 422 ГК. Однако уяснение воли законодателя в п. 1 ст. 422 ГК в конечном своем смысле соответствует буквальному по объему толкованию. Используя систематический способ толкования и сопоставляя требования п. 1 ст. 422 ГК и ст. 3 ГК, мы приходим к следующим выводам: во-первых, законом является ГК РФ и принятые в соответствии с ним иные федеральные законы (далее — законы) (п. 2 ст. 3 ГК). Иными правовыми актами являются: указы Президента Российской Федерации; постановления Правительства Российской Федерации (далее — и иные правовые акты) (п. п. 4, 6 ст. 3 ГК). Во-вторых, министерства и иные федеральные органы исполнительной власти могут издавать акты, содержащие нормы гражданского права, в случаях и пределах, предусмотренных Гражданским кодексом, другими законами и иными правовыми актами (п. 7 ст. 3 ГК), и такие нормы гражданского права к иным правовым актам не относятся. Однако правовой режим норм в актах министерств и ведомств может быть востребован в договорах, не предусмотренных законом или иными правовыми актами (п. 2 ст. 421 ГК). В качестве вывода представляется, что п. 1 ст. 422 ГК в корректировке в сторону расширительного толкования по объему не нуждается. Расширение круга субъектов по изданию иных правовых актов создало бы неразрешимое противоречие с правовым режимом свободы договора. Необоснованное увеличение иных правовых актов может не только затруднить процесс заключения договора, но и довести эту ситуацию до абсурда. В этих условиях разумным и соответствующим здравому смыслу является правило, которое установлено в п. 1 ст. 422 ГК. Правовой режим диспозитивных норм, действовавших в момент заключения договора, регулируется собственно диспозитивной нормой и соглашением сторон. В последнем случае законодатель отдает приоритет в правовом регулировании соглашению сторон. Тем самым обеспечивается не только свобода договора, но и равенство соотношения договора и закона. При обстоятельствах, когда стороны не исключили применение диспозитивной нормы либо не установили условие, отличное от нее, а равно при отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.
На наш взгляд, правовой режим диспозитивных норм является ясным по смыслу и точным по определению. Здесь отсутствует питательная почва для ненужных сомнений и тем более не требуется расширительного толкования ст. 422 ГК. Пункт 2 ст. 422 ГК утверждает стабильность договора и неизменность условий договора при изменении закона, кроме случаев придания вновь принятому закону обратной силы.
В связи с этим в юридической литературе имеются следующие точки зрения: например, Брагинский М.И. и Витрянский В.В. считают, что Вводный закон и ст. 422 ГК допускают обратную силу закона при определенных условиях к тем правам и обязанностям, которые возникли до введения его в действие . Садиков О.Н. усматривает в Вводных законах и п. 2 ст. 422 ГК дублирование однородных норм, тем более в различной редакции .
———————————
См. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 1999 г.
Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — М.: Издательство «Статут», 2001 (издание 3-е, стереотипное). См. Садиков О.Н. Договор и закон в новом гражданском праве России // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. N 2. 2000. С. 138.
На первый взгляд точки зрения вышеназванных авторов тождественны, но выражены разными словами. Приведенное Садиковым О.Н. систематическое толкование в конечном счете свидетельствует о том, что «законодательной тавтологии здесь нет» . При этом следует иметь в виду, что статья 5 Вводного закона предписывает ГК действовать с момента вступления в законную силу, регулируя те правоотношения, которые возникают в силу ст. 8 ГК. Отмеченное корреспондируется со ст. 4 ГК, что доказывает системность норм и отсутствие их дублирования в нормах закона. Среди многих оснований возникновения гражданских прав и обязанностей является их возникновение из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (п. 1 ст. 8 ГК). Пункт второй ст. 4 ГК отсылает в регулировании отношений по договору к ст. 422 ГК. Таким образом, п. 2 ст. 422 ГК по отношению к ст. 5 Вводного закона и ст. 4 ГК является специальной нормой. Как известно, специальная норма имеет приоритет над общей нормой. В связи с этим к правам и обязанностям, возникающим из договора, всецело применяются правила, установленные ст. 422 ГК. В свою очередь, п. 2 ст. 422 ГК указывает на обратную силу закона в случае прямого предписания к регулированию определенных отношений, возникших из ранее заключенных договоров. Тем самым ст. 422 ГК выступает общей и отсылочной к тем нормам закона, которые предусматривают специальные правила. Например, таким законом может быть исключительно федеральный закон, к которому, в частности, относится и Вводный закон к ГК части первой, статья 9 которого требует независимо от совершения недействительных сделок применять к ним нормы Кодекса об основаниях и последствиях недействительных сделок (ст. ст. 162, 165 — 180 ГК). Иными словами, сделки, относящиеся к недействительным, если они были совершены до 1 января 1995 года, признаются таковыми впоследствии без учета времени их совершения. Такое положение в правовом регулировании называется применением обратной силы закона, снимающего противоречия в правилах ст. 422 ГК и Вводного закона.
———————————
Там же.
В отношении ранее заключенных договоров действует правило, согласно которому взаимоотношения сторон, урегулированные законодательством на момент их заключения, действуют и после вступления в силу нового закона. Однако, когда между сторонами возникают правоотношения, к примеру, по исполнению обязательств, возмещению вреда и т.д., применяются нормы не закона, действовавшего в момент заключения договора, а нормы нового закона. Из сути свободы договора вытекает реальная возможность для сторон корректировки существенных условий договора, а также прав и обязанностей с учетом диспозитивных норм нового закона.
Воля сторон, формирующая их соглашение к пересмотру и корректировке условий договора в сторону обеспечения исполнения обязательств, является тонким инструментом предупреждения ситуаций, к которым могут быть причислены правила п. 1 ст. 451 ГК. Возможно, в этом и заключается главное различие между обратной силой закона и существенным изменением обстоятельств, влекущих изменение и расторжение договора.
Обратная сила закона всегда детерминирована, и смысл ее состоит в том, чтобы улучшить — но не ухудшить — регулируемые отношения в гражданско-правовой сфере. И в этом смысле закон, имеющий обратную силу, является объективной реальностью. В свою очередь, обстоятельства, за исключением форс-мажорных, определяются волей сторон, то есть субъектами. Примером являются правила, установленные статьей 157 ГК в отношении сделок, совершенных под условием, где стороны самостоятельно устанавливают обстоятельства своим соглашением.
В прямой постановке вопроса усматривается и результат толкования закона. Во-первых, обратная сила закона не может порождать по своей природе существенное изменение обстоятельств, влекущих изменение и расторжение договора. В этой ситуации стороны ранее заключенный ими договор могут изменить или расторгнуть, а новый, находясь в тех же условиях и при той же степени заботливости и осмотрительности, не заключать. Во-вторых, договорные обстоятельства устанавливаются соглашением сторон. Существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа (п. 1 ст. 451 ГК). В диспозиции названной статьи ГК нет указаний на связь закона, в том числе и имеющего обратную силу, с указанными обстоятельствами.
Дополнительным аргументом, конкретизирующим ранее изложенную точку зрения О.Н. Садикова о различной редакции ст. ст. 4, 422 ГК, является вывод, сделанный М.И. Брагинским и В.В. Витрянским в результате использования грамматического способа толкования названных статей ГК.
ГК включил нормы, посвященные действию гражданско-правового акта во времени, притом как общие, так и специальные. Правила, о которых идет речь, составляют содержание двух статей Кодекса. Из них первая — ст. 4 (Действие гражданского законодательства во времени) — распространяется на все гражданские отношения, а вторая — ст. 422 (Договор и закон) — регулирует только вопрос о последствиях принятия новых гражданских актов для договоров. Обе статьи устанавливают соответствующие правила лишь применительно к одному из возможных правовых источников — закону. И хотя ст. 4 ГК говорит вначале об «актах гражданского законодательства», в силу п. 2 ст. 3 ГК указанный термин равнозначен другому: «федеральный закон». Это подтверждается и второй нормой, включенной в ст. 4. Она прямо указывает на то, что имеется в виду именно «закон» , в связи с чем участникам гражданско-правовых договоров, в том числе и долгосрочных, с участием отечественных и иностранных инвесторов нет правовых оснований опасаться за судьбу договора при изменении закона.
———————————
См. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 1999 г. С. 101.
Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — М.: Издательство «Статут», 2001 (издание 3-е, стереотипное).Опасения в этом есть не что иное, как эмоциональные издержки, свойственные творческому поиску в науке.
Весомым аргументом в пользу изложенной позиции выступает практика арбитражных судов .
———————————
См. Садиков О.Н. Договор и закон в новом гражданском праве России // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. N 2. 2000 г. С. 140.
В складывающейся судебно-арбитражной практике опредмечивается гармоничный процесс взаимоотношений договора и закона. Соответствующие судебно-арбитражные органы обобщают судебную практику, находят проблемы взаимоотношений договора и закона и ищут пути их разрешения. Так, Брагинский М.И. и Витрянский В.В., анализируя проблемы недействительности договора, отмечают рост числа споров, связанных с признанием сделок недействительными и применением последствий ничтожных сделок . Примером является обобщенная практика за 1997 год Федерального Арбитражного суда Московского округа по разрешению споров о признании договоров недействительными, проведенная судьями этого суда с участием представителей аналитической работы арбитражных судов г. Москвы и Московской области.
———————————
См. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 1999 г.
Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — М.: Издательство «Статут», 2001 (издание 3-е, стереотипное).Наиболее распространенными видами договоров, действительность которых оспаривалась в арбитражных судах в 1997 году, стали договоры купли-продажи, в основном нежилых помещений — 36 дел (26%); договоры аренды — 28 дел (20%); в одну группу были объединены кредитные договоры (14%), сделки по передаче

КОГО ДРАТЬ КНУТОМ… НАЛОГОПЛАТЕЛЬЩИКА ИЛИ АВТОРОВ НЕКАЧЕСТВЕННОГО ЗАКОНА? «

Верховный суд решал, что важнее – пункт в договоре или норма ГК

27 мая 2015 года завод «УниверсалМаш» и «Вега» заключили договор поставки деталей. Стороны договора согласовали условие о том, что ни одна из них не имеет права передавать свои права и обязательства по договору своим правопреемникам и третьей стороне без предварительного письменного согласия другой стороны.

Тем не менее 25 апреля 2017 года «Вега» заключила договор цессии с Андреем Димитриевым, который затем стал процессуальным правопреемником «Веги» по иску к заводу. Тогда «УниверсалМаш» решил оспорить цессию в судебном порядке (дело № А79-11713/2017).

В этом сюжете

  • Уступка права: как меняются нормы ГК о цессии и какие вопросы остались без ответов 28 апреля, 9:17
  • ВС разъяснил, когда договор цессии подлежит госрегистрации 16 апреля, 14:48

Первая инстанция пришла к выводу, что, поскольку договор поставки содержит ограничение в части уступки прав и обязанностей по договору третьим лицам без согласия должника, отсутствие согласия влечет недействительность договора цессии.

Апелляция и суд округа пришли к иному выводу. 1 июля 2014 года вступили в силу поправки в ГК: п. 3 ст. 388 кодекса в новой редакции устанавливает, что цессия допустима даже в случаях, когда стороны прописали запрет на нее в договоре. Эта норма действовала уже на момент заключения спорного договора цессии, и стороны этого договора рассчитывали на его сохранение, указали суды.

Завод оспорил это в Верховном суде и указал: поскольку договор поставки заключен до даты вступления в силу п. 3 ст. 388 ГК в новой редакции, то на него не распространяются условия о действительности уступки, введенные данной нормой. А это значит, что договор цессии нужно признать недействительным.

С этим согласилась экономколлегия ВС. «Вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания договора уступки права требования недействительным применительно к положениям ст. 174 ГК является верным», – указала «тройка» судей.

  • Экономколлегия ВС
  • Верховный суд РФ

Статья 422 ГК РФ. Договор и закон

Новая редакция Ст. 422 ГК РФ

1. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

2. Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Комментарий к Ст. 422 ГК РФ

Безусловная свобода договора, естественно, ограничивается предписанием императивных норм, причем не только гражданского законодательства, но и иных отраслей права (административной, налоговой и т.д.). Положения договора под страхом ничтожности не могут противоречить (не соответствовать) прямым предписаниям закона. Нельзя, в частности, сторонам изменить установленный императивной нормой определенный срок (например, срок договора доверительного управления имуществом, который не может превышать пять лет).

Наука.

Принципиальное различие между ст. 4 и ст. 422 ГК сводится в конечном счете к тому, что положение, в силу которого новый акт распространяет свое действие на ранее сложившиеся отношения, применительно к правам и обязанностям, возникшим после вступления в силу нового закона, на договоры не распространяется, если в самом акте не предусмотрено его обратное действие.

М.И.Брагинский

Судебная практика.

Запрет на одностороннее изменение банком процентных ставок по срочным договорам банковского вклада введен п. 3 ст. 838 части второй ГК РФ, вступившей в действие с 1 марта 1996 года.

В ст. 5 Федерального закона от 26 января 1996 года «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» содержится норма о том, что часть вторая Кодекса применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения ее в действие.

Поэтому по срочным договорам банковского вклада, заключенным с гражданами после 1 марта 1996 года, в том числе и детским целевым вкладам, банки не вправе уменьшать размер процентов даже в тех случаях, когда условие об одностороннем уменьшении банком размера процентов включено в договор банка с гражданином-вкладчиком. Такое условие является ничтожным на основании ч. 3 ст. 838 и ст. 168 ГК РФ.

Что касается договоров по детским целевым вкладам, заключенных до этой даты, такое уменьшение представляется возможным и после 1 марта 1996 года, если условие о возможности уменьшения банком процентной ставки по договору детского целевого вклада содержалось в конкретном договоре и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке, поскольку на период заключения этих договоров действовавшим законодательством банку предоставлялась возможность устанавливать в договоре условие о понижении процентной ставки и это условие на основании ст. 422 ГК РФ сохраняет свою силу и после установления законодателем иных правил, обязательных для сторон (Обзор законодательства и судебной практики ВС РФ за IV квартал 2003 г.).

Другой комментарий к Ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. В п. 1 комментируемой статьи императивная норма определяется как норма, которая содержит обязательные для сторон договора правила.

Это определение сформулировано слишком узко и не совсем удачно. Императивной следует считать норму закона или иного правового акта, которая содержит обязательные правила поведения граждан и юридических лиц, как совершающих юридически значимые действия (договоры и односторонние сделки), так и предписывающие воздерживаться от каких-либо действий.

Статья 168 ГК предписывает соблюдение императивных норм при совершении сделок.

Если норма, указанная в п. 1, не соблюдена, договор является недействительным, с последствиями по ст. 168 или ст. 169 ГК.

В п. 1 устанавливается, что договор должен соответствовать тем императивным нормам, которые действуют в момент заключения договора. Этот момент может определяться на основе ст. 433 ГК. Однако если стороны в соответствии с п. 2 ст. 425 установили, что договор применяется к их отношениям, возникшим до заключения договора, то договор в этой части должен соответствовать тем императивным нормам, которые действовали в соответствующий предшествующий период.

Если стороны после заключения договора внесли в него существенные изменения, то момент их внесения также должен учитываться.

2. В п. 2 рассматривается ситуация, когда после заключения договора принимается закон, содержащий новые императивные нормы, обязательные для сторон договора. В этой ситуации новые императивные нормы не распространяют свое действие на взаимоотношения сторон договора. Иными словами, эти новые императивные нормы не действуют для сторон договора, создавая для них своеобразный «анклав».

Новые императивные нормы, о которых идет здесь речь, могут быть введены либо законом, либо иным правовым актом.

Из изложенного выше правила имеется, однако, одно исключение, которое может быть установлено законом (и только — законом, но не иным нормативным актом): новый закон может предусмотреть, что его действие распространяется на отношения сторон, которые возникли из ранее заключенных договоров. Разумеется, данная оговорка может касаться только тех ранее заключенных договоров, которые действуют на дату вступления в силу нового закона.

Таким образом, как полагаем, термин «закон», первый раз упоминаемый в п. 2, имеет широкое значение, т.е. распространяется и на подзаконные нормативные акты; напротив, при втором упоминании в этой фразе термина «закон» имеется в виду только «закон» в узком, буквальном значении этого слова.

Норма, содержащаяся в п. 2, не определяет соотношения между ранее заключенным договором и позднее введенной диспозитивной нормой. Следует считать, что такие диспозитивные нормы не изменяют договора и даже не могут его изменять: закон не может распространить действие диспозитивной нормы на ранее заключенные договоры.

Что главнее закон или договор?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *