Ответственность за досрочное расторжение договора аренды

Адвокат онлайн

Правомерно ли включить в договор аренды условие, позволяющее применить к арендатору штрафные санкции в случае досрочного расторжения им договора аренды? 07.03.2015 02:02

С 01.06.2015 в соответствии с п. 3 ст. 310 ГК РФ право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, по соглашению сторон может быть обусловлено выплатой определенной денежной суммы другой стороне обязательства. Следовательно, с указанной даты вопрос об удержании денежных средств, при одностороннем отказе от договора аренды урегулирован законодательно.

Согласно ч. 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016) — Стороны вправе предусмотреть в договоре аренды сумму компенсации (штрафа), которая должна быть выплачена одной из сторон при немотивированном одностороннем отказе от исполнения договора.

Как пишет Верховный Суд РФ в своем обзоре, положения ст. 619, 620 ГК РФ не содержат запрета на досрочное расторжение договора аренды по иным основаниям, не предусмотренным в данных правовых нормах, в связи с чем стороны при заключении договора вправе установить основания для досрочного расторжения договора и условия такого расторжения. В частности, право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты определенной денежной суммы или штрафа другой стороне обязательства.

И далее Верховный Суд РФ указывает: «В данном случае стороны при заключении договора определили сумму компенсации, которая должна быть выплачена одной из сторон при отказе от договора. То, что такая компенсация поименована в договоре штрафом, не изменяет ее сути, которая состоит не в привлечении к ответственности стороны, решившей досрочно отказаться от договора аренды, а, напротив, предоставляет возможность расторжения договора без объяснения причин любой из сторон».

Арендодатель также вправе удержать денежные средства, переданные ему в качестве обеспечения исполнения обязательства, если такое условие предусмотрено договором (Определение Верховного Суда РФ от 03.11.2015 N 305-ЭС15-6784 по делу N А40-53452/2014).

Однако следует отметить, что данные разъяснения распространяются только на немотивированный отказ от исполнения договора аренды при осуществлении предпринимательской деятельности.

При этом следует обратить внимание на позицию Верховного Суда РФ, выраженную в Определении от 09.06.2016 N 305-ЭС16-5635 по делу N А40-29072/2015, согласно которой установление в договоре штрафной санкции, подлежащей взысканию с арендодателя только (исключительно) за досрочное расторжение договора, противоречит правовой природе неустойки как меры ответственности, применяемой за нарушение гражданских прав. В данном случае штраф был предусмотрен договором за досрочное расторжение договора аренды до момента подписания акта приема-передачи помещения.

Следует отметить, что данное определение, хотя и было вынесено уже после вышеприведенного Обзора судебной практике, его нельзя считать практико-образующим. Вероятно, в этом случае суд посчитал, что такое условие договора нельзя квалифицировать как сумму компенсации, согласно п. 310 ГК РФ, либо просто Верховный Суд РФ противоречит сам себе в оценке существенных обстоятельств. К сожалению, такое в судебной практике встречается не редко.

Также имеется правовая позиция, отраженная в Постановлении АС Московского округа от 14.11.2018 N Ф05-19146/2018, согласно которой, если условие о штрафе за досрочное расторжение договора аренды фактически представляет собой платеж за весь оставшийся срок аренды, то ее взыскание в полном объеме не отвечает компенсационной природе такой санкции и фактически позволяет взимать плату за пользование имуществом, фактическое использование которого арендатором прекратилось, чем нарушается баланс прав и имущественных интересов сторон договора (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.11.2018 N Ф05-19146/2018 по делу N А40-116681/2017).

Ранее преобладала другая позиция судов, согласно которой: «Установление в договоре указанной штрафной санкции, подлежащей взысканию с арендатора только (исключительно) за досрочное расторжение договора в одностороннем порядке, противоречит правовой природе неустойки, как меры ответственности, применяемой за нарушение исполнения обязательств.

Совершение одной стороной обязательства юридического действия по отказу от его исполнения, когда такой отказ допускается законом или договором, само по себе не может быть квалифицировано как нарушение обязательства, поскольку является реализацией права, тем более не может быть квалифицировано, как основание для возникновения у стороны обязанности нести ответственность за такое правомерное поведение.

Поэтому односторонний отказ истца от исполнения договора аренды не может являться основанием для применения к арендатору меры ответственности в виде неустойки/штрафа.

Кроме того, досрочное расторжение договора в одностороннем порядке (односторонний отказ от исполнения договора — ст. 310, п. 3 ст. 450 ГК РФ) само по себе не является гражданско-правовым нарушением, а является способом самозащиты права, допускаемой законом (ст. 14 ГК РФ), и выбор участником гражданского оборота такого способа самозащиты не может быть обусловлен дополнительным обременением в виде уплаты денежной суммы, поскольку законом в такой форме способ защиты не предусмотрен (ст. 12 ГК РФ)».

Данная правовая позиция до настоящего времени может применяться арендаторами, заключившими договора аренды для личных нужд не связанных с предпринимательской деятельностью, при оспаривании условий договора аренды о выплате штрафа за односторонний отказ от исполнения договора аренды.

Штраф, при досрочном расторжении договора аренды, в следствие коронавируса (COVID-19)

В случае же с предпринимателями, для исключения взыскания штрафа за досрочное расторжение договора аренды, расторжение договора должно быть мотивировано.

В частности, согласно п. 1 ст. 451 ГК РФ — Существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Отвечая на вопрос № 8 в 7 Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, Верховный суд РФ, хоть уклончиво, но все-таки допустил признание эпидемиологической обстановки и ограничительных мер режима самоизоляции основаниями для изменения или расторжения договора. При этом, указав, что изменение договора является крайней мерой, которая может применяться только в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях.

При этом, Верховный Суд РФ указал на необходимость использования при расторжении договоров оснований, содержащихся в общих положениях об обязательствах и в специальных нормах закона.

Из норм ГК РФ об аренде можно выделить п. 4 ст. 620 ГК РФ, согласно которому — По требованию арендатора договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда имущество в силу обстоятельств, за которые арендатор не отвечает, окажется в состоянии, не пригодном для использования.

Наложения органами власти запретов на использование помещений для размещения людей в качестве мер направленных на противодействия распространения коронавирусной инфекции является обстоятельством, которое может привести к невозможности использования арендуемого помещения по своему назначению, по причине, за которую арендатор не отвечает.

Таким образом, для некоторых категорий арендаторов расторжение договора аренды со ссылкой на п. 1 ст.451 ГК РФ и п. 4 ст. 620 ГК РФ, в целях исключения возникновения обязанности по оплате штрафа за досрочное расторжения договора аренды, видится перспективным и обоснованным.

При не достижении согласия между сторонами, расторжения договора аренды осуществляется судом с обязательным соблюдение досудебного порядка.

Возможно Вам будет интересно: Освобождение от ответственности за неисполнение обязательств в следствие коронавируса>>

Юридические консультации — БЕСПЛАТНО!

ВС подтвердил законность компенсации за досрочное расторжение договора

Компания внесла за арендованные помещения задаток, который ее контрагент оставил себе в качестве штрафа за досрочное и немотивированное расторжение договора. Позицию компании поддержали три инстанции, и ключевую роль в этом сыграла формулировка про штраф. Но теперь жалобой арендодателя со ссылкой на свободу договора занялась экономколлегия ВС, которая поставила точку в этом вопросе.

В апреле 2012 года ООО «Меркатор Калуга» арендовало у ООО «Боровский Завод Агропластмасс» нежилое помещение в Калужской области. По договору срок аренды составлял пять лет. Арендатор также заплатил заводу 1,771 млн руб. задатка, то есть двухмесячную арендную ставку. Но эта сумма, как уточнили в документе контрагенты, не является платежом за первые месяцы, а удерживается арендодателем «в качестве гарантии надлежащего выполнения обязательств арендатором». Иными словами, если «Меркатор Калуга» по любым причинам, не указанным в договоре, расторгнет сделку до истечения срока, то завод оставляет задаток себе «в качестве штрафа».

Так и вышло: в начале 2014 года «Меркатор Калуга» досрочно расторг договор аренды без указания мотивов, завод же, в свою очередь, удержал уплаченный задаток. Однако, по мнению арендатора, односторонний отказ от исполнения сделки – не основание для применения меры ответственности в виде штрафа. Компания пошла в суд оспаривать пункт договора о задатке (№ А40-53452/2014), и три инстанции сошлись во мнении, что это положение следует признать недействительным. Штраф они квалифицировали как неустойку, решив, что он противоречит ее правовой природе – «как меры ответственности, применяемой за нарушение гражданских прав». Установленный же «механизм расторжения договора» в целом, по их мнению, также идет вразрез с законодательством. «Такое расторжение договора не является гражданско-правовым нарушением, а является способом самозащиты права, допускаемой законом (ст. 14 ГК РФ), – поясняли они. – И выбор участником гражданского оборота такого способа самозащиты не может быть обусловлен дополнительным обременением в виде уплаты денежной суммы, поскольку законом в такой форме способ защиты не предусмотрен (ст. 12 ГК РФ)».

Не ответственность, а возможность

Тогда Боровский завод обратился с жалобой в Верховный суд РФ, сославшись на то, что стороны свободны в определении условий сделки, а значит, были вправе согласовать выплату компенсации в случае досрочного расторжения. Кроме того, в договоре была предусмотрена обоюдная обязанность контрагентов заплатить за отказ: если бы досрочно расторг сделку завод, то он должен был бы вернуть компании задаток в двойном размере.

Как настаивал в жалобе заявитель, удержание задатка не связано с нарушением сторонами договорных обязательств, а является особым условием для досрочного немотивированного расторжения в одностороннем порядке. Такую компенсацию назвали штрафом, но это не меняет ее сути – предоставить возможность сторонам расторгнуть договор по любой причине, а не привлечь к ответственности, указывал он.

Судье Елене Борисовой эти доводы показались заслуживающими внимания, и она решила передать дело на рассмотрение экономической коллегии, которая рассмотрела дело 27 октября. От заявителя жалобы – завода – никого не было, и слово передали представителю «Меркатор Калуга» Екатерине Акимовой. «Суды совершенно верно истолковали пункт договора, – говорила она. – Формулировка про штраф является волей арендодателя. Иного толкования не может быть». По словам Акимовой, удержание заплаченной суммы в качестве штрафа не находит своего отражения ни в правовой природе задатка, ни в природе неустойки.

– А для какой цели вы предусмотрели задаток? – поинтересовалась судья Борисова.

– Он обеспечивал плату арендных платежей. Или если был бы причинен ущерб…

– Но в договоре написано «в качестве гарантии надлежащего выполнения обязательств арендатором»… Как тогда читать этот пункт договора? Что вы имели в виду?

– Это была типовая форма арендодателя. И его воля заключалась в том, что если будет одностороннее расторжение, то мы подвергнемся штрафной санкции.

– Вы понимали такое последствие?

– Мы, если честно, думали, что задаток будет удержан в качестве арендных платежей…

«Тройка» удалилась в совещательную комнату и в итоге решила акты нижестоящих инстанций отменить, а в требованиях «Меркатор Калуга» полностью отказать.

Пять вопросов о новых правилах расторжения договоров аренды

Кто сможет разрывать договор без штрафа

Упрощенный порядок выхода из арендных отношений получат не все компании, а только компании малого и среднего бизнеса, которые относятся к отраслям экономики, наиболее пострадавшим от распространения коронавируса.

К малому и среднему бизнесу относятся компании, в которых работает не более 250 человек, а годовая выручка не превышает 2 млрд руб. Госучастие в них не должно превышать 25%, доля иностранцев — не выше 49%.

Список отраслей, наиболее пострадавших от коронавируса, определяет правительство. Сейчас в нем около 30 отраслей, в том числе торговля непродовольственными товарами, гостиничный бизнес, туризм, авиаперевозки, кинотеатры, стоматологические клиники, музеи и зоопарки. Список не окончательный, правительство уже несколько раз его расширяло.

Арендаторы, подходящие под оговоренные в законе критерии, смогут расторгать договоры аренды всех типов коммерческой недвижимости — не только торговых центров, но и офисов, складов и т.п.

В каком случае можно расторгнуть договор без штрафов

Чтобы арендатор мог расторгнуть договор, должны выполняться несколько условий.

  • В регионе, где находится арендуемая недвижимость, введено чрезвычайное положение или режим повышенной готовности, и договор аренды был заключен до введения этих режимов.
  • Не менее чем за 14 дней до отказа от договора арендатор обратился к собственнику помещения и попросил о скидке по аренде (на срок не более года, размер возможной скидки не указан в законопроекте), но арендодатель скидку не предоставил.
  • Уведомление об отказе от договора арендатор направил арендодателю не позднее 1 октября 2020 года.

Если при заключении договора арендатор заплатил обеспечительный платеж, он остается у арендодателя. При этом арендодатель будет не вправе требовать от арендатора, разорвавшего договор, возмещение упущенной выгоды.

Как менялся законопроект между чтениями в Госдуме

В первоначальной версии законопроекта, которая была внесена в Госдуму правительством и принята в первом чтении, предлагалось дать право одностороннего отказа от аренды всем компаниям, в том числе крупным торговым сетям. Поправки о малом и среднем бизнесе не фигурировали в версии, которую профильный комитет Госдумы (по бюджету и налогам), загрузил в систему обеспечения законотворческой деятельности за час до заседания как рекомендованную к принятию.

Выступая на заседании парламента во время второго чтения законопроекта, глава комитета Андрей Макаров рассказал, что поправки в документу готовились до 4:30 утра.

Ко второму чтению исключили норму, согласно которой для одностороннего разрыва договора ежемесячные доходы арендатора должны сократиться более чем на 50% с момента введения режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта федерации. В документе также больше не упоминается условие, что арендатор до пандемии должен был исправно платить аренду.

Как отнеслись к новым правилам ретейлеры и владельцы недвижимости

Андрей Макаров, выступая на заседании Госдумы, назвал новую версию законопроекта сбалансированной. По его словам, он поддерживает законопроект, поскольку им в равной степени будут недовольны и арендаторы, и арендодатели. При этом документ, по мнению Макарова, решит проблемы малого бизнеса и граждан.

Управляющий директор Российского совета торговых центров (в него входят владельцы торговых центров «Гагаринский», «Невский центр», «Охта Молл», сети «Мега» и других) Олег Войцеховский считает, что государственное вмешательство в отношения арендатора и арендодателя приведет к снижению доверия между ними. При этом последний вариант законопроекта он называет «компромиссным» и «наиболее корректным». По словам Войцеховского, РСТЦ «интенсивно работал над вариантами поправок к законопроекту для снижения ущерба, который будет неизбежно нанесен отрасли и экономике страны в целом». «Мы рады, что большая часть наших предложений вошла в принятый текст», — говорит Войцеховский.

Ретейлеры считают принятые меры поддержки арендаторов недостаточными. По словам президента Ассоциации компаний интернет-торговли (АКИТ) Артема Соколова, необходимо поддерживать весь непродуктовый ритейл вне зависимости от его размеров.

Финальная редакция законопроекта не решает проблем подавляющего большинства арендаторов, которые формируют значительное количество рабочих мест, говорит председатель президиума Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ) Сергей Беляков. Он напоминает, что 75% арендаторов торговых центров не относятся к малому и среднему бизнесу (МСП).

«Для арендаторов, не относящихся к МСП, возможности по сохранению фонда оплаты труда и вообще финансовой устойчивости без пересмотра арендных платежей в текущих условиях теперь очень ограничены», — добавляет Беляков. По его словам, от таких арендаторов зависит значительное количество контрагентов — поставщиков непродовольственных товаров и продуктов питания. «Можно ожидать серьезных проблем и у арендаторов (рестораторы, ритейл, вся сфера услуг), и у контрагентов этих компаний», — заключает Беляков.

Как новые правила повлияют на судебную практику

«Законопроект стал беспрецедентным вмешательством государства в договоренности предпринимателей. В период прошлых кризисов ничего подобного не было», — говорит адвокат Forward Legal Олег Шейкин. Несмотря на то что в последней редакции законопроект содержит более четкие условия для отказа от договора, он все равно вызовет новые судебные споры, прогнозирует адвокат. Шейкин полагает, что арендодатели могут спорить с тем, что арендатор до отказа от договора ненадлежащим образом обратился с предложением изменить ставку по аренде. «Не исключено также, что арендодатели в некоторых случаях будут ссылаться на злоупотребление правом и доказывать, что хотя арендатор формально и попадал под критерии лица, имеющего право на отказ, но в действительности от кризиса он не пострадал», — считает Шейкин.

Рассказываем о главных событиях и объясняем, что они значат.

Ответственность за досрочное расторжение договора аренды

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *