Преюдициальный факт

LawWebs

Преюдициальные факты – это факты, установленные вступившими в законную силу решениями или приговорами суда и не подлежащие повторному доказыванию (ч. ч. 2 – 4 ст. 61 ГПК). Основой преюдициальности фактов является законная сила судебного решения или приговора. Суд, не доказывая вновь установленные в этих актах факты, ограничивается истребованием копии соответствующего судебного акта, а стороны не вправе передоказывать преюдициальные факты.

Преюдициальность имеет свои субъективные и объективные пределы, которые должны быть в совокупности. Субъективные пределы имеют место, когда в обоих делах участвуют одни и те же лица или их правопреемники. Если судебное решение затрагивает интересы лиц, которые не были привлечены к участию в деле, то преюдициальность на таких лиц не распространяется. Объективные пределы преюдициальности относятся к фактам, установленным вступившим в законную силу решением или приговором суда.

Современное процессуальное законодательство (как гражданское, так и арбитражное) расширило преюдициальность судебных актов для соответствующих судов. Так, согласно ч. 2 ст. 61 ГПК обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Как видим, законодатель говорит не только о судебном решении, а в целом о судебных актах. И если исходить из буквального толкования преюдициальности, то она должна распространяться на все судебные постановления, перечисленные в ГПК. Однако определения суда, будучи судебными актами, чаще всего не содержат установления фактов, в связи с чем сложно говорить об их преюдициальности. С другой стороны, среди определений суда имеют место определения, содержащие установление фактов (определения суда о прекращении производства по делу и об оставлении иска без рассмотрения).

Не только ГПК, но и АПК РФ пошел по пути расширения преюдициальности судебных постановлений (актов) в рамках одной системы судов. Использование законодателем новой формы для определения преюдиции: вместо решения суда судебные постановления (ГПК) или акты (АПК РФ), – позволяет предположить, что факты, установленные в них, также могут быть признаны преюдициальными. При этом следует осторожно подходить к возможности признания преюдициальной силы за определениями суда, поскольку они носят различный характер.

По-иному решается вопрос об объективных пределах преюдициальности решений арбитражных судов и приговоров судов общей юрисдикции. При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом (ч. 3 ст. 61 ГПК). В отличие от преюдициальности постановлений судов общей юрисдикции, для преюдициальности актов арбитражного суда установлены определенные ограничения. Законодатель говорит лишь о преюдициальности решений арбитражных судов, которые должны обязательно вступить в законную силу, так как без этого они не приобретают общеобязательность. В остальном же объективные и субъективные пределы преюдициальности едины: преюдиция распространяется на обстоятельства, установленные арбитражным судом, в силу этого такие обстоятельства не подлежат оспариванию лицами, участвующими в деле. Преюдициальность фактов, установленных решением арбитражного суда для суда общей юрисдикции, может иметь место, например, когда в силу правил о разграничении подведомственности первоначальный спор рассматривается арбитражным судом, а затем регрессный иск предъявляется в суд общей юрисдикции.

Вступивший в законную силу приговор суда общей юрисдикции по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица по вопросам о том, имели ли место определенные действия и кем они совершены (ч. 4 ст. 61 ГПК). Размер же причиненного вреда конкретному истцу подлежит установлению в гражданском судопроизводстве, например при предъявлении гражданского иска из уголовного дела. Таким образом, применительно к приговору суда общей юрисдикции по уголовному делу в плане объективного критерия установлена ограниченная преюдициальность.

Обстоятельства, установленные административными органами, органами следствия и прокуратуры, не являются преюдициальными и подлежат доказыванию в суде. Вместе с тем акты указанных органов, будучи письменными доказательствами, могут быть (а иногда должны быть) привлечены к судебному разбирательству.

Факты, признанные стороной. В соответствии с ч. 2 ст. 68 ГПК РФ признание стороной фактов, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости доказывания этих фактов. Данная норма была введена еще в ГПК РСФСР в 1995 г. В отличие от общеизвестных и преюдициальных фактов, признание факта является частным случаем освобождения от доказывания, так как суд по своему усмотрению может не принять признание факта. Так, если у суда имеются сомнения в том, не было ли признание сделано с целью скрыть действительные обстоятельства дела или под влиянием обмана, насилия, угрозы или заблуждения, то признание факта судом не принимается. ГПК РФ предусматривает также процедуру фиксации признания факта стороной (ст. 68).

Перейти на страницу: 1 2 3 4

Преюдиция. Как много в этом слове для сердца юриста сплелось, как много в нем отозвалось!

Занимаясь различными категориями дел и много лет практикуя в разных процессах, я не один раз давал себе зарок разобраться с вопросом применения преюдиции и систематизировать знания в этом направлении.

Понудила меня обратиться к данной теме то ли нахлынувшая и пока не отпускающая волна ностальгии, то ли недавно случившийся факт моего 50-ти летия, заставивший оглянуться назад и подвести определённые итоги, то ли попытки построения алгоритма достижения новых горизонтов, базирующегося на использовании результатов прошлого, точно не знаю. Но не суть!

Итак, согласно ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со статьей 226.9, 316 или 317.7 настоящего Кодекса, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Согласно ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 настоящего Кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

В соответствии со ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. Обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

Таким образом, для облегчения процесса доказывания и увеличения шансов на выигрыш в делах, мы или наши оппоненты при первой возможности ссылаемся на преюдицию. Преюдиция позволяет не доказывать в последующих процессах уже установленные другим судом фактические обстоятельства.

Более того, устанавливать факты в каждом процессе можно с помощью определенных доказательств, что зачастую усложняет процесс доказывания. Если, к примеру, у Вас не хватает допустимых доказательств в арбитраже, но есть доказательства, которые примут в уголовном процессе либо в нем они могут быть найдены, то установление преюдициальных фактов таким образом облегчит Вам выигрыш в арбитраже. Сейчас этот подход активно используется в так называемых «банкротных» делах.

Лично для меня до настоящего времени огромный интерес представляет возможность использования установленного в особом порядке (ГПК РФ) факта, имеющего юридическое значение, в качестве преюдициального в уголовном процессе. Если у Вас, многоуважаемые коллеги, были интересные примеры на эту тему, то буду рад обсудить нюансы вопроса, как в комментариях к данной статье, так и в личке. Полагаю, что многим юристам различных специализаций такие обсуждения станут как интересными, так и полезными.

Безусловно отдельный интерес вызывает использование именно такой преюдиции, т.е. установленной в судебном акте иного вида судопроизводства, отличного от рассматриваемого, где можно использовать иные виды доказательств, способы оценки и т.д.

К примеру, при помощи коллег я успешно использовал созданную в гражданском процессе преюдицию для разрешения дела в уголовном процессе в пользу своего подзащитного.

В прошлогоднем гражданском процессе, наоборот, мой оппонент неудачно попыталась «вытащить» преюдицию из арбитражного процесса в части взыскания госпошлины с Должника и использовать её для взыскания госпошлины с Поручителя.

Надо сказать, что многие судьи весьма охотно «ведутся» на подобные ухищрения сторон, что не только затрудняет защиту интересов противоположной стороны, но приводит к вынесению судами незаконных и/или необоснованных решений.

В этом контексте хочется сказать, что стороны зачастую ссылаются на выгодные для себя выдержки из судебных решений, даже когда правовых оснований для применения преюдиции нет, т.е… пытаются использовать преюдицию там, где ей совсем не место. Главное в этом деле знать, какие аргументы можно предъявить такой стороне или как правильно самим использовать преюдицию.

Вот, к примеру, классическая ситуация: лицо выдает в качестве преюдициального не определенный факт, а правовую квалификацию отношений. Как правило, такая сторона обращает внимание только на совпадение участников дела, игнорируя тот факт, что у преюдиции, помимо субъективных, есть еще и объективные границы.

Рассмотрим в каких случаях оснований ссылаться на преюдицию нет и как убедить в этом суд. В зависимости от того, с какой стороны выступаете Вы, как представитель (защитник интересов), приведенные ниже доводы можете использовать и/или иметь в виду при разрешении дела (спора). Для простоты восприятия и изучения основные нюансы работы с преюдицией в данной статье рассмотрены на примерах одного вида судопроизводства-арбитражного процесса.

Случай 1: Преюдиция не затрагивает правовую оценку обстоятельств дела.

Первое, что нужно учитывать, работая с преюдицией: преюдициальными могут быть только фактические обстоятельства, но не их правовая оценка. АПК РФ прямо закрепляет, что не подлежат доказыванию именно обстоятельства, установленные судом по ранее рассмотренному делу (ч. 2 ст. 69). Эту позицию подтверждают и высшие инстанции (постановления Президиума ВАС РФ от 31.01.2006 № 11297/05, от 25.07.2011 № 3318/11; определения КС РФ от 06.11.2014 № 2528-О, ВС от 10.07.2018 № 307-АД18-976). При этом освобождение от доказывания фактических обстоятельств не исключает их различной правовой оценки в разных делах.

Преюдиция — процессуальный институт, относящийся к процессу доказывания. Доказательства предоставляются в целях подтверждения наличия или отсутствия именно фактов, на которых участники дела основывают свои доводы и возражения (ч.1 ст. 64 АПК РФ). Поскольку преюдиция освобождает от предоставления доказательств, то ее действие охватывает только фактические обстоятельства.

Вывод о незаключенности договора может быть обязательным для суда, рассматривающего более поздние дела, но не в силу преюдиции.

Также стоит обратить внимание, что доказывание — состязательная деятельность лиц, участвующих в деле. В отношении правовой квалификации стороны не могут состязаться (принцип jura novit curia; ч. 1 ст. 120 Конституции) — соответственно, преюдиция не может затрагивать правовую оценку обстоятельств.

Пример. Поставка определенного количества продукции в конкретную дату является вопросом факта. Поэтому в последующих спорах между покупателем и поставщиком последний вправе на основании ч. 2 ст. 69 АПК РФ не предоставлять суду доказательства поставки продукции, а просто сослаться на решение суда, в котором данное обстоятельство уже было установлено.

Однако, это не значит, что суд должен согласиться с ранее сделанным выводом о том, что поставщик надлежащим образом исполнил обязательства по договору. Такой вывод относится к правовой оценке фактических обстоятельств, которая принимается во внимание, но не обязательна для суда, рассматривающего более позднее дело.

Вывод о незаключенности договора также не может быть преюдициальным, поскольку является правовой оценкой, а не фактическим обстоятельством (постановления АС Западно-Сибирского округа от 26.06.2018 по делу № А75-13589/2017; 7ААС от 03.07.2014 по делу № А03-17911/2012).

Если бы суд, рассматривающий более позднее дело, был связан правовой оценкой фактических обстоятельств другого суда, он лишился бы значительной доли самостоятельности в оценке доказательств, предоставленной ему ч.1 ст. 75 АПК РФ.

Кроме того, такая ситуация означала бы, что определенные доказательства имеют для суда заранее установленную силу, а это недопустимо (ч.5 ст. 71 АПК РФ). Также существенно пострадало бы право, а точнее обязанность, суда самостоятельно установить подлежащие применению нормы права (п. 3 ч.4 ст. 170 АПК РФ).

Конституционный суд разъяснял, что ограничение действия преюдиции только фактическими обстоятельствами объясняется необходимостью соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства — с другой (определение КС РФ от 06.11.2014 № 2528-О).

Рекомендация. Если оппонент пытается навязать оценку доказательств или правовую квалификацию определенных отношений, ранее данную другим судом, надо указать ему и/или напомнить суду то, что преюдициальными могут быть только фактические обстоятельства. Оценка же данных доказательств и правовая квалификация отношений не могут быть преюдициальными: их производит суд по своему внутреннему убеждению. Преюдиция может освободить оппонента только от доказывания фактических обстоятельств.

Пытаясь возразить, оппонент может сослаться на абз. 3 п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57, который предусматривает возможность учета одним судом правовой оценки обстоятельств другим судом. В соответствии с данным разъяснением при рассмотрении дела о взыскании по договору суд учитывает оценку обстоятельств другим судом по ранее рассмотренному делу об оспаривании договора.

Однако эта позиция Пленума никак не опровергает вывод о том, что преюдициальными могут быть только фактические обстоятельства. Данное разъяснение вообще не связано с преюдициальностью, поскольку распространяется на ситуации, когда субъектный состав участников дел не совпадает. А для применения преюдиции необходимо совпадение лиц, участвующих в деле.

Кроме того, из данного разъяснения следует, что суд вправе по-своему оценить обстоятельства дела и не связан ранее данной оценкой. Поэтому правовая оценка обстоятельств не обязательна для судов, рассматривающих последующие дела между теми же лицами.

Сам по себе текст ранее принятого судебного акта — не основание для применения преюдиции.

Случай 2: Преюдициальными могут быть только те обстоятельства, которые суд исследовал ранее.

Преюдиция не только освобождает от доказывания определенных обстоятельств, но и запрещает сторонам оспаривать обстоятельства, установленные по ранее рассмотренному делу с идентичным составом участников. Таким образом, преюдиция ограничивает состязательность сторон в отношении доказывания уже исследованных фактов. В этом можно усмотреть обратную сторону принципа состязательности: лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий несовершения ими процессуальных действий.

Однако ограничение одного из фундаментальных принципов цивилистического процесса должно происходить с особой осторожностью. Именно поэтому преюдициальными могут являться только факты, которые стороны выносили на обсуждение суда и которые тот проверил. Факты, не пропущенные через фильтр суда, не являются преюдициальными и подлежат доказыванию на общих основаниях.

Президиум ВАС указывал, что если факт не был предметом разбирательства и не являлся предметом доказывания по делу, то он не имеет преюдициального значения для суда, рассматривающего другое дело по спору между теми же сторонами (постановление Президиума ВАС РФ от 17.06.1997 № 5016/96).

В соответствии с другой правовой позицией Президиума ВАС ч. 2 ст. 69 АПК запрещает именно переоценку доказательств, уже оцененных судом в рамках другого дела (постановление Президиума ВАС РФ от 25.03.2008 № 12664/07).

Из этой позиции можно сделать вывод, что если доказательства, подтверждающие определенный факт, ранее не оценивал суд, то нет никаких препятствий для их оценки в новом деле.

В связи с этим для применения ч. 2 ст. 69 АПК РФ необходимо, чтобы суд по ранее рассмотренному делу с участием тех же лиц уже оценивал рассматриваемые в новом деле доказательства и доводы сторон.

Так, в одном из дел суд указал, что преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учетом особенностей ранее рассмотренного дела — предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными участниками дела и исследованными и оцененными судом (постановление АС Поволжского округа от 11.02.2015 по делу № А55-9251/2014). Подобная позиция изложена и в других судебных актах (постановления 9ААС от 28.01.2015 по делу № А40-16941/14; АС Центрального округа от 27.12.2017 по делу № 14–5347/2017; АС Восточно-Сибирского округа от 20.10.2017 по делу № А19-19565/2014; АС Западно-Сибирского округа от 24.01.2018 по делу № А46-1949/2013).

Случай 3: Указание факта в мотивировочной части судебного акта недостаточно для вывода о его преюдициальности.

Даже если суд отразил конкретный факт в тексте решения, но данный факт не был предметом спора и не входил в предмет доказывания, он не может быть преюдициальным только в силу отражения его в мотивировочной части.

Пример. Одна из сторон предоставила суду проект решения, в который включила указание на установление судом определенных обстоятельств, которые не входили в предмет доказывания и вообще не обсуждались в процессе, но установление которых было бы выгодно этой стороне в другом процессе. Суд не придал значения такому указанию и сохранил его в финальном судебном акте. Будет ли сторона освобождена от доказывания этих обстоятельств в других процессах? С учетом позиции, выраженной в постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.1997 № 5016/96, нет: обстоятельства, хотя и отраженные в судебном акте, могут не иметь преюдициального значения, если они не исследовались и не оценивались.

Не подлежат доказыванию только обстоятельства, существование которых установлено с соблюдением закрепленного законом порядка, то есть основанные на всестороннем и полном исследовании доказательств, подтверждающих данный факт (постановление 9ААС от 27.08.2015 по делу № А40-41254/15).

Именно потому, что определенные обстоятельства уже устанавливал суд по одному делу, они не подлежат доказыванию в другом деле: зачем проводить двойную работу? Но если обстоятельство реально не устанавливалось в одном деле, то оно не может считаться доказанным в другом. В противном случае достоверным будет признаваться факт, ни разу не прошедший сквозь фильтр судов.

В одном из дел суд прямо указал, что один лишь текст ранее принятого судебного акта не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции. Обстоятельства, хотя и отраженные в судебном акте, могут не иметь преюдициального значения, если они не исследовались, не оценивались и не входили в предмет доказывания (постановление 9ААС от 28.01.2015 по делу № А40-16941/14). Аналогичную позицию занимали и другие суды (постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 14.03.2014 по делу № А78-5527/2012, АС Восточно-Сибирского округа от 20.10.2017 по делу № А19-19565/2014, АС Западно-Сибирского округа от 24.01.2018 по делу № А46-1949/2013).

Рекомендация. Если при рассмотрении более раннего дела суд включил в текст решения обстоятельства, которые не входили в предмет доказывания и в отношении которых стороны не предоставляли никаких доказательств, данные обстоятельства не будут являться преюдициальными. Если оппонент пытается освободиться от их доказывания в другом процессе, ссылаясь на один лишь текст судебного акта, принесите суду все процессуальные документы по ранее рассмотренному делу для демонстрации того, что данные обстоятельства не являлись предметом судебной проверки.

Случай 4: Признание иска, отдельных обстоятельств или заключение мирового соглашения не образуют преюдицию.

Арбитражный суд проверяет признание иска на предмет его противоречия закону или наличия нарушения прав третьих лиц. В связи с этим недобросовестный оппонент может убеждать суд, что факты, положенные в основу признанного ответчиком иска, также проверялись судом и являются преюдициальными.

Однако при принятии признания иска суд не рассматривает дело по существу и не устанавливает никаких фактических обстоятельств, кроме имеющих отношение к обстоятельствам правомерности признания иска, а также не исследует соответствующие доказательства. Если суд принимает признание иска, фактические обстоятельства спора по этому делу нельзя считать установленными и они не являются преюдициальными для последующих дел между указанными лицами (постановление Президиума ВАС от 25.05.2010 № 17099/09).

Обстоятельства, установленные в определении об утверждении мирового соглашения, также не являются преюдициальными, поскольку таким определением допускается компромисс сторон, а судебная оценка доказательств и установление обстоятельств дела не осуществляются (определение ВС от 15.10.2014 по делу № 308-ЭС14-91).

Также суды приходят к выводу, что обстоятельства, признанные стороной в порядке ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ (молчаливое согласие), не могут быть преюдициальными, так как данные обстоятельства суд не устанавливает (постановление АС Московского округа от 11.09.2014 по делу № А40-61755/13). Поскольку суд не проверяет и обстоятельства, признанные сторонами на основании обоюдного согласия, то такие обстоятельства также не должны образовывать преюдицию.

Случай 5: Общеобязательность судебного акта не связывает третьих лиц фактическими обстоятельствами ранее рассмотренного дела.

У преюдициальности имеются субъективные границы: она распространяется только на лиц, участвовавших в ранее рассмотренном деле. Лица, которые не участвовали в ранее рассмотренном деле, установленными по такому делу обстоятельствами не связаны.

Пытаясь обойти субъективный критерий преюдиции, оппоненты иногда ссылаются на другое свойство судебного акта — его общеобязательность (ст. 16 АПК РФ).

Суд расценит сокрытие преюдициальных судебных актов как злоупотребление правом (постановление 2ААС от 21.04.2009 по делу № А17-4896/2008). Поэтому стройте позицию по делу с учетом всех имеющихся преюдициальных судебных актов.

В обоснование такой позиции часто приводится следующий пример, призванный продемонстрировать абсурдность противоположной позиции. Если суд установит недействительность сделки, то она будет недействительна для всех субъектов, вне зависимости от их участия в деле об оспаривании сделки. В противном случае лицо, не участвовавшее в деле о признании сделки недействительной, могло бы ссылаться на данный факт и указывать на действительность сделки в другом судебном процессе.

Однако, данный пример не подтверждает, что установленные фактические обстоятельства обязательны для лиц, не принимавших участия в деле, даже со ссылкой на общеобязательность судебных актов. Чтобы парировать данный аргумент, необходимо четко различать действие преюдиции и общеобязательности судебных актов.

Смысл общеобязательности состоит в обеспечении авторитета судебной власти и исполнимости принятых судебных актов. Общеобязательность — подчинение всех субъектов выводу суда, содержащемуся в резолютивной части судебного акта, применительно к определенному правоотношению (постановление ФАС Московского округа от 07.03.2012 по делу № А40-144731/10).

Но фактические обстоятельства, на основании которых суд вынес решение, связывают только лиц, принимавших участие в этом деле. Так, обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле (п. 4 постановления Пленума ВС РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010).

Такие лица вправе обратиться в суд с самостоятельным иском о праве на это имущество. Хотя при рассмотрении иска такого лица суд учитывает оценку обстоятельств, данную в ранее рассмотренном деле, новое лицо не связано установленными обстоятельствами и вправе предоставлять доказательства иных обстоятельств.

Таким образом, общеобязательность распространяется на действие резолютивной части решения, а преюдиция — мотивировочной части (постановление АС Дальневосточного округа от 20.03.2017 по делу № А59-6060/2015). Такое разделение процессуальных институтов поддержано окружными судами: «Обязательность есть действие судебного решения как приказа государственного властного органа и распространяется на всех субъектов, подчиненных единому правопорядку Российской Федерации. При этом обязательность — это действие резолютивной части решения, а преюдиция — мотивировочной части решения» (постановление ФАС СКО от 24.02.2011 по делу № А53-3601/2010, постановление АС ЗСО от 28.04.2015 по делу № А75-5364/2014).

Рекомендация. Если вы не участвовали в деле, на которое ссылается оппонент, обратите внимание, в какой части судебного акта содержатся обстоятельства, освободиться от доказывания которых он хочет. Фактические обстоятельства, отраженные в мотивировочной части судебного акта, подлежат доказыванию на общих основаниях.

Стоит учесть, что ссылка на общеобязательность судебного акта исправляет некоторые недостатки, свойственные преюдиции.

К примеру, нельзя со ссылкой на преюдициальность навязать суду правовую квалификацию отношений или оценку определенных доказательств. Но если правовая квалификация отношений приведена судом в резолютивной части ранее вынесенного решения, то такая квалификация обязательна для всех субъектов (постановление 9ААС от 05.11.2013 по делу № А40-103238/13).

Кроме того, общеобязательность судебного акта не имеет субъективных ограничений, свойственных преюдициальности, которая распространяется только на участников ранее рассмотренного дела.

Важно: Общеобязательность судебного акта распространяется на действие резолютивной части, а преюдиция — мотивировочной.

И последнее правило, которое надо помнить для любого случая: преодолеть преюдицию можно, только пересмотрев преюдициальное дело по вновь открывшимся обстоятельствам.

ВАС РФ указывал, что оценка судом обстоятельств по делу об оспаривании договора учитывается другим судом, рассматривающим дело о взыскании задолженности по договору. Однако суд, рассматривающий более позднее дело, вправе дать другую оценку этим же обстоятельствам (п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57). Схожая позиция закреплена в п. 4 постановления Пленума ВС РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010.

Хотя в данном случае речь идет не о преюдиции, а просто о необходимости учета, причем не обязательного, выводов (а не фактов), сделанных по другому делу, некоторые суды считают, что данные разъяснения предоставляют возможность пересмотра преюдициальных фактических обстоятельств, установленных ранее.

Так, Арбитражный суд Московского округа со ссылкой на приведенные разъяснения пленумов указывает, что в ч. 2 ст. 69 АПК предусмотрена презумпция истинности фактов, установленных вступившим в законную силу судебным актом. Причем эта презумпция является опровержимой (постановление АС Московского округа от 04.12.2014 по делу № А40-71741/12). Для ее опровержения достаточно в более позднем процессе привести достоверные доказательства, опровергающие такую презумпцию.

Однако, в данном случае суды путают фактические обстоятельства и оценку, данную таким обстоятельствам. Оценка фактов принимается во внимание другим судом, но не обязательна для него. Суд, рассматривающий более позднее дело, вправе оценить преюдициальные фактические обстоятельства не так, как их оценил суд, вынесший преюдициальное решение. Таким образом, оценка обстоятельств может пересматриваться, сами обстоятельства — нет (постановление Президиума ВАС РФ от 25.03.2008 № 12664/07).

Единственным способом преодолеть преюдицию является пересмотр судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (постановление КС от 21.12.2011 № 30-П; определения КС от 03.04.2012 № 662-О-Р; от 22.11.2012 № 2051–0). При этом новые доказательства к вновь открывшимся обстоятельствам не относятся.

Рекомендация. Не поддавайтесь на попытки оппонента доказать возможность преодоления преюдиции с помощью новых доказательств. Если нет других препятствий для применения преюдиции, то пересмотреть установленные в преюдициальном судебном акте факты можно только путем его пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.

Кстати, обойти преюдицию можно также путем введения в процесс нового участника. Поскольку такое лицо не участвовало в ранее рассмотренном деле, оно не связано установленными в этом деле обстоятельствами и может предоставлять новые доказательства, опровергающие уже установленные фактические обстоятельства (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 31.10.1996 № 13).

Вместе с тем, назвать этот способ преодолением преюдиции в строгом смысле её понятия нельзя, т.к. в данном случае преюдиция не применяется только в отношении нового участника спора.

Уважаемые коллеги прошу Вас делиться своим опытом или анализом практики по данному вопросу, весьма значимому не только только в процессуальном смысле, но и прежде всего в достижении целей Сторон в судах.

В данном деле общеизвестный факт – привлечение несовершеннолетних к труду во время Великой Отечественной войны. Вряд ли общеизвестность данного факта обусловлена его закреплением в нормативном акте, так как даже те, кто никогда не читали названный указ, осведомлены об этом. При рассмотрении дела должно быть доказано привлечение заявителя к такому труду.

Факты, которые подлежат установлению по данному делу, но были ранее установлены решением или приговором суда, в связи с чем не подлежат повторному доказыванию, называются преюдициальными (ч. 2–4 ст. 61 ГПК). Преюдициальные факты не могут быть опровергнуты, если решение или приговор суда, которыми они установлены, не отменены в установленном законом порядке. Например, при рассмотрении дела о возмещении вреда, причиненного пропажей шубы в гардеробе института, истцом выступал собственник шубы, ответчиком – администрация института. Третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, – гардеробщик. Привлечение третьего лица важно для возможности впоследствии предъявить к нему регрессный иск, если он добровольно не пожелает возместить работодателю сумму причиненного ущерба. В этом случае при рассмотрении в суде регрессного иска никакие факты, установленные ранее в судебном решении, не подлежат передоказыванию. Иными словами, ни факт пропажи вещи, ни ее стоимость и пр. не будут доказываться снова, суд лишь установит факт отсутствия платежа гардеробщика работодателю в счет погашения причиненного вреда и взыщет с гардеробщика соответствующую сумму. Если бы третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, не было привлечено к участию в деле, то при рассмотрении дела о взыскании с гардеробщика в пользу института суммы причиненного ущерба суд должен был бы вновь устанавливать факты, которые ранее были установлены, что может привести к вынесению противоречивых судебных актов, а также к затягиванию судебного разбирательства.

Пример. Суд нарушил правило, предусмотренное ч. 2 ст. 61 ГПК, вторично рассмотрев обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу.

14 июня 2007 г. Тагилстроевским районным судом г. Нижнего Тагила постановлено решение, которым В. отказано в удовлетворении иска к С. о включении имущества в состав наследства и признании права собственности на наследственное имущество. 16 октября 2007 г. определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда указанное решение суда оставлено без изменения.

Из решения Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила от 14 июня 2007 г. следует, что в удовлетворении иска В. отказано, поскольку судом установлено, что в нотариальную контору в соответствии со ст. 1153 ГК В. не обращалась. Соответственно указанное обстоятельство на момент рассмотрения этого дела не имело места.

В исковом заявлении от 27 марта 2008 г. истец В. наряду с другими обстоятельствами в качестве основания иска указала, что кроме нее к нотариусу за принятием наследства после смерти К. никто не обращался. В судебном заседании истец также указала, что она обратилась к нотариусу, кроме нее наследником первой очереди является сестра Р. П., но она к нотариусу не обращалась, на наследство после смерти матери не претендует. Указанные обстоятельства ранее не являлись предметом судебного рассмотрения.

Судом неправильно применены положения о преюдициальности фактов, закрепленные в ч. 2 ст. 61 и ч. 2 ст. 209 ГПК, согласно которым обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при разрешении другого дела.

В связи с этим при рассмотрении данного дела суд не имел полномочий по вторичной проверке, а стороны – права на вторичное оспаривание тех обстоятельств, которые установлены вступившим в силу решением суда от 14 июня 2007 г. Судебной проверке подлежали только те обстоятельства, которые не являлись предметом обсуждения по ранее рассмотренному делу.

Судебное постановление обладает преюдициальностью с момента его вступления в законную силу. Если в дальнейшем судебное постановление будет отменено в надзорном порядке или в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, то преюдиция исчезает.

Преюдициальность имеет свои субъективные и объективные пределы, которые должны иметься в совокупности. Субъективные пределы – в обоих делах участвуют одни и те же лица или их правопреемники. При этом не имеет значения, что при рассмотрении другого дела участники предыдущего дела поменялись местами. Так происходит, например, во всех делах по регрессным требованиям: ответчик становится истцом, а третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – ответчиком. Преюдициальность сохраняется и в том случае, если в новом деле количество лиц на стороне истца или ответчика меньше, чем было в первоначальном деле. Однако если при рассмотрении нового дела в процесс вступает лицо, которое в предыдущем деле не принимало участия, то на него преюдициальность судебного акта не распространяется. В связи с этим в науке спорят о том, а сохраняется ли вообще преюдициальность судебного акта в таком случае. Мнения ученых расходятся. Теоретически преюдициальность должна сохраняться, так как ее субъективные пределы отчасти сохранены, и если новое лицо, участвующее в деле, не будет оспаривать ранее установленные факты, то преюдициальность сохранится. Но если новое лицо, участвующее в деле, станет приводить доказательства, опровергающие установленные факты, то это может привести к тому, что данные факты будут опровергнуты. Часто появление в деле нового участника – единственный шанс опровергнуть преюдициальный факт, неверно установленный в предыдущем решении.

Объективные пределы преюдициальности относятся к фактам, установленным вступившим в законную силу решением или приговором суда. Обычно преюдициальность фактов устанавливается в мотивировочной части судебного акта. Иногда на практике возникают неприятные ситуации для сторон спора, когда суд в мотивировочной части высказывается относительно фактов, которые не входили в предмет доказывания. Часто это связано с оценкой договора (его незаключенности, недействительности и пр.). Такой поспешный вывод суда может стать препятствием для сторон спора в дальнейшей защите своих прав и законных интересов. В этом случае возможным выходом из столь сложной ситуации может стать привлечение новых лиц, участвующих в деле, при рассмотрении последующих дел, поскольку на них преюдициальность судебных актов не будет распространяться.

Приведем в качестве иллюстрации случай, когда выводы судьи об установлении в судебном заседании административного правонарушения не основаны на материалах дела и законе.

Пример. Материалы дела свидетельствуют лишь о том, что 7 декабря 2005 г. на автодороге произошло ДТП с участием водителя М. и пешехода П. По данному ДТП 7 декабря 2005 г. было возбуждено дело об административном правонарушении, а 6 февраля 2006 г. производство по нему было прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП в связи с истечением срока давности привлечения виновного лица к административной ответственности. При этом вопрос о виновности участников ДТП в соответствии с требованиями закона решен не был, и в постановлении обоснованно не указано на наличие вины.

Поэтому вывод суда об установлении в судебном заседании административного правонарушения подлежит исключению из судебного решения.

Кроме того, подлежит исключению из решения вывод о непредставлении М. доказательств несвоевременного получения копии постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, поскольку такой вывод является основанием для отказа в восстановлении срока обжалования данного постановления. Между тем судьей жалоба принята к производству и рассмотрена по существу.

Ошибочным является также вывод о том, что заявитель ничем не опроверг свои утверждения, изложенные в жалобе, поскольку утверждения (доводы) жалобы должны быть подтверждены лицом, обратившимся с жалобой, а не опровергнуты им. Этот вывод также подлежит исключению из судебного решения.

Обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебным постановлением, решением арбитражного суда и приговором суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле (ст. 61 ГПК).

Обжалуемое М. постановление должностного лица по делу об административном правонарушении к указанному в ст. 61 ГПК перечню оснований для освобождения от доказывания не относится, а поэтому преюдициального значения при рассмотрении дела в порядке гражданского производства не имеет.

В данном случае несмотря на взаимосвязь дел по субъектному составу отсутствует установление обстоятельств, что приводит к тому, что не возникает преюдиция ввиду отсутствия объективных пределов.

Часть 2 ст. 61 ГПК устанавливает правила преюдициальности актов суда общей юрисдикции для другого дела также в судах общей юрисдикции. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Важно отметить, что закон говорит о преюдициальности судебных постановлений, к которым относятся решения, определения и постановления. Не в любом определении есть установленные факты, которые в силу их значимости могут быть определены в качестве преюдициальных.

Закон толкует объективные пределы преюдиции применительно к судебным решениям арбитражных судов для судебных актов судов общей юрисдикции. При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом (ч. 3 ст. 61 ГПК). Как следует из сказанного, преюдициальные факты могут быть установлены лишь в судебном решении арбитражного суда. Например, два юридических лица в арбитражном суде спорят о возмещении причиненного вреда в результате столкновения автомобилей. В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, выступают водители соответственно на стороне и истца, и ответчика. Регрессные требования будут предъявлены по правилам гражданского процесса в суде общей юрисдикции в силу подведомственности спора.

Участие в деле лиц для возникновения преюдициальности не означает обязательность их физического участия, достаточно привлечения в процесс. Такая ситуация нередко складывается применительно к третьим лицам, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора. Суд обязан вынести определение о привлечении третьих лиц к участию в деле. Если даже они не будут присутствовать при рассмотрении дела, на них распространится преюдициальность решения суда, и при рассмотрении, например, регрессного иска суд не будет вновь доказывать обстоятельства, установленные при первоначальном рассмотрении.

Частью 4 ст. 61 ГПК установлены объективные пределы преюдициальности приговоров суда. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

Пример. По смыслу закона наличие приговора, которым установлено нарушение правил дорожного движения, постановленного в отношении одного лица, не исключает наличие вины в ДТП других лиц. Следовательно, при рассмотрении гражданско-правового спора стороны не освобождаются от доказывания соответственно отсутствия или наличия такой вины, в том числе при определении объема причиненного вреда.

Как видно из материалов дела, приговор Первоуральского городского суда постановлен в отношении А. Вопрос о виновности или невиновности других лиц, участвующих в деле, при вынесении приговора не разрешался. Истец обратилась с иском о возмещении вреда к нескольким ответчикам. В своем иске истец указывает на основания обращения с иском к каждому из них.

При таких обстоятельствах суду следовало установить наличие или отсутствие вины других ответчиков в рассматриваемом ДТП, определить, могли ли повлиять те или иные виновные действия других ответчиков на объем причиненного вреда.

Вместе с тем данные обстоятельства, несмотря на наличие заявления, судом не устанавливались.

С учетом изложенного решение суда законным и обоснованным признано быть не может и, принимая во внимание невозможность исправления выявленных нарушений в рамках кассационного судопроизводства, обжалуемое судебное решение подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить указанные недостатки и с учетом добытых доказательств постановить законное и обоснованное решение.

В приведенном примере суд первой инстанции неверно определил субъективные пределы преюдиции, распространив ее на лиц, в отношении которых приговор не выносился.

Пример. Как следует из материалов дела, суд признал недействительными сделки по отчуждению недвижимого имущества мебельной фирмы как совершенные с целью, противной основам правопорядка, придав преюдициальное значение приговору Вологодского городского суда Вологодской области от 1 декабря 2005 г., которым бывшие руководители мебельной фирмы признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 196 УК (преднамеренное банкротство).

Между тем одним из конституционных принципов правосудия является принцип состязательности и равноправия сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ), который находит свое проявление в том, что суд, в том числе, должен создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств (ч. 2 ст. 12 ГПК).

При этом суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ст. 56 ГПК).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из данной правовой нормы следует, что преюдициальными для гражданского дела являются выводы приговора только по двум вопросам: имели ли место сами действия и совершены ли они данным лицом. Иные факты, содержащиеся в приговоре суда, преюдициального значения не имеют. Другие обстоятельства дела подлежат доказыванию и в том случае, если они были определены в приговоре суда.

Следовательно, содержащиеся в приговоре Вологодского городского суда Вологодской области от 1 декабря 2005 г. выводы о совершении бывшими руководителями мебельной фирмы заведомо невыгодных, убыточных сделок по отчуждению недвижимого имущества этой мебельной фирмы не освобождали участвующие в деле стороны от обязанности представления доказательств в обоснование заявленных требований.

Особо следует подчеркнуть, что преюдициальностью относительно уголовных дел обладает лишь вступивший в законную силу приговор суда. В связи с этим ясно высказался Конституционный Суд РФ.

Пример. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 28.10.1996 № 18-П указал, что решение о прекращении уголовного дела по такому нереабилитирующему основанию, как объявление амнистии, по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции РФ. Однако такое решение предполагает основанную на материалах расследования констатацию того, что лицо совершило деяние, содержащее все признаки состава преступления. Именно поэтому прекращение уголовного преследования вследствие акта об амнистии не допускается, если обвиняемый против этого возражает, – в таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Согласно ГПК обязательным для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, является только приговор, вступивший в законную силу, и только по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 61). Следовательно, отнесение на основании ч. 1 ст. 71 ГПК постановления о прекращении уголовного дела к письменным доказательствам по гражданскому делу не предполагает обязанность суда признавать без дополнительной проверки те или иные обстоятельства, изложенные в этом постановлении. Другой пример. Содержащееся в приговоре суда указание о конфискации определенного имущества не лишает заинтересованных лиц права предъявить иск об освобождении имущества от ареста и доказывать, что это имущество принадлежит им.

В надзорной жалобе указывается, что квартира была приобретена истицей в результате долевого участия в строительстве жилья (соглашение об уступке требования от 20 июня 1996 г., заключенное между С. А. и АОЗТ «Маяк») и является ее собственностью; ни договоры, ни регистрационное удостоверение, на основании которых за истицей зарегистрировано право собственности на указанную квартиру, недействительными не признаны.

На данные обстоятельства, как видно из состоявшегося по делу решения, сослался суд первой инстанции, удовлетворяя заявленный С. А. иск.

Вместе с тем в порядке гражданского судопроизводства суд может решить вопрос об исключении имущества из описи (снять арест с имущества) на основании новых доказательств, если достоверно будет подтверждено право собственности на это имущество. Юридически значимыми по данному делу обстоятельствами являются обстоятельства, связанные не только с фактом принадлежности истице на момент рассмотрения спора квартиры на праве собственности (на что сослался суд первой инстанции), но и обстоятельства, свидетельствующие о приобретении квартиры не на денежные средства, добытые С. Л. преступным путем. Кроме того, согласно резолютивной части приговора суда от 21 января 2000 г. вышеуказанная квартира была передана администрации г. Рязани, которая к участию в деле по иску об освобождении имущества от ареста в качестве ответчика привлечена не была.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит решение Советского районного суда г. Рязани от 13 января 2004 г., постановление президиума Рязанского областного суда от 26 октября 2004 г. подлежащими отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

На основании ч. 4 ст. 1 ГПК, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Пример. В нарушение норм ст. 5 Федерального закона от 26.09.1997 № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» образовательный процесс по обучению религии детей проводился Библейским Центром не в государственном и муниципальном образовательном учреждении, имеющем лицензию на право осуществления образовательной деятельности, и не в образовательном религиозном учреждении, зарегистрированном в установленном порядке и имеющем лицензию на право осуществления образовательной деятельности, а в воскресной школе, не обладающей требуемым законом статусом.

Вступившее в законную силу постановление и (или) решение судьи по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяния лица, в отношении которого вынесены постановление и (или) решение по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 1 ГПК, ч. 4 ст. 61 ГПК, п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном решении»).

Поэтому судом приняты во внимание как обязательные для настоящего дела постановление мирового судьи судебного участка № 4 г. Новочебоксарска от 10 июля 2007 г., решение Новочебоксарского городского суда от 31 июля 2007 г., постановление судьи Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 10 июля 2007 г., решение Верховного суда Чувашской Республики от 2 августа 2007 г. по делам об административном правонарушении в части установления фактов осуществления Библейским Центром образовательной деятельности без обязательной для этого лицензии и с нарушением санитарно-эпидемиологических требований к организации учебно-производственного процесса, гигиенических требований к условиям обучения.

Учитывая изложенное, суд пришел к правильному выводу о том, что осуществляемая религиозной организацией Библейский Центр Чувашской Республики христиан веры евангельской (пятидесятников) образовательная деятельность без получения необходимого разрешения (лицензии) нарушает нормы абз. 2 п. 3 ст. 49 ГК, ст. 33 Закона РФ от 10.07.1992 № 3266-1 «Об образовании» и ст. 19 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», а потому является незаконной. При этом суд обоснованно расценил незаконное ведение Библейским Центром образовательной деятельности как неоднократное и грубое нарушение закона, являющееся в силу абз. 2 п. 2 ст. 61 ГК и абз. 2 п. 1 ст. 14 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» достаточным основанием для ликвидации этой религиозной организации, в связи с чем принял решение об удовлетворении заявлений прокуроров.

Пределы преюдиции важно определить при защите неопределенной группы лиц. Согласно ч. 3 ст. 46 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» вступившее в законную силу решение суда о признании действий изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) противоправными в отношении неопределенного круга потребителей обязательно для суда, рассматривающего иск потребителя о защите его прав, возникших вследствие наступления гражданско-правовых последствий действий изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера), в части вопросов, имели ли место такие действия и совершены ли они изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером). Как видно из сказанного, законом уточняются объективные пределы преюдициальности судебного акта по делам о защите неопределенного круга потребителей.

Преюдициальный факт

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *