Признание договора незаключенным

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Гетман Е.С., Киселёва А.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Костеловой Светланы Александровны к Грансу Сергею Артуровичу о расторжении договора, взыскании стоимости устранения недостатков выполненной работы, штрафа, неустойки и компенсации морального вреда, по встречному иску Гранса Сергея Артуровича к Костеловой Светлане Александровне о признании договора незаключенным, возмещении убытков, по кассационной жалобе Костеловой Светланы Александровны на решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 8 августа 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 23 октября 2018 г.,

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселёва А.П., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Костелова С.А. обратилась в суд иском к Грансу С.А. о расторжении договора по ремонту и техническому обслуживанию автомобиля от 22 ноября 2016 г., взыскании стоимости устранения недостатков выполненной работы в размере 105 075,40 руб., взыскании неустойки в размере 644 000 руб., компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., а также штрафа за нарушение прав потребителя.

В обоснование заявленных требований Костелова С.А. указала на то, что 22 ноября 2016 г. между ней и Трансом С.А. заключен договор по ремонту и техническому обслуживанию автомобиля ВАЗ-21140, государственный регистрационный знак С096УК93, 2006 года выпуска. Согласно условиям договора ответчик обязался обеспечить качественное и своевременное проведение ремонта автомобиля (п. 3.1.1), а заказчик своевременно оплатить выполненные работы. В результате осмотра автомобиля исполнителем был выставлен счет на оплату ремонтных работ в размере 60 000 руб. В этот же день по обоюдному согласию между сторонами истцом в счет ремонтных работ уплачена сумма в размере 30 000 руб.

Ответчик обязательств по восстановлению и передаче автомобиля надлежащим образом не исполнил, направленные в его адрес претензии оставлены без удовлетворения, после чего истец забрал автомобиль.

В ходе рассмотрения спора ответчик Гранс С.А. предъявил встречный иск к Костеловой С.А. просил признать договор по ремонту и техническому обслуживанию автомобиля от 22 ноября 2016 г. незаключенным ввиду неопределенности предмета договора, а также просил взыскать убытки в размере 30 000 руб., понесенные им при ремонте автомобиля истца.

Решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 8 августа 2018 г. в удовлетворении иска Костеловой С.А. отказано, встречный иск Гранса С.А. удовлетворен частично, договор признан незаключенным, в удовлетворении требований о возмещении убытков в размере 30 000 руб. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 23 октября 2018 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе заявителем поставлен вопрос об отмене состоявшихся судебных постановлений.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Марьина А.Н. от 26 июля 2019 г. кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены при рассмотрении данного дела.

Пунктом 2.1 договора сторонами было определено, что после осмотра автомобиля и составления ведомости дефектов исполнитель информирует заказчика об ориентировочной стоимости и сроках выполнения работ (оказания услуг) по ремонту (включая стоимость запчастей, аксессуаров и расходных материалов).

Согласно п. 2.3 договора ремонт автомобиля производится под ключ; рихтовка, покраска, включая в себя расходные материалы, запасные части (коробка передач, двигатель) и т.п.

Пунктом 5.2 договора предусмотрено, что исполнитель обязуется выполнить работы за 21 день с момента подписания договора.

Пунктом 4.2 договора цена заказа и оплата за ремонт составляет 60 000 рублей.

При этом в счет оплаты работ ответчиком при подписании данного договора было получено от Костеловой С.А. 30 000 рублей, что подтверждается подписью Транса С.А.

По истечении установленного в договоре срока ответчик автомобиль не отремонтировал и заказчику не передал.

Отказывая в удовлетворении иска Костеловой С.А. и частично удовлетворяя встречный иск Транса С.А., суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что между сторонами не было достигнуто соглашения относительно перечня работ по восстановительному ремонту, принадлежащего истцу автомобиля, в связи с чем данная сделка не может считаться заключенной.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, также указав на отсутствие в действиях Транса С.А. злоупотребления правом при предъявлении встречного иска о признании договора незаключенным.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что с обжалуемыми судебными постановлениями согласиться нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п.п. 1 и 4 ст. 421 названного кодекса граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу п.п. 1-3 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

В соответствии с п.п. 1-2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

В силу требований приведенных правовых норм поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Как установлено судом, в период с 22 ноября 2016 г. по 12 декабря 2016 г., то есть в течение всего срока выполнения работ, ответчик исполнял возложенные на него договором обязательства по ремонту автомобиля. На полученные в счет оплаты денежные средства им были закуплены запчасти и начат ремонт. Восстановительные работы Трансом С.А. производились также и после истечения срока исполнения работ, предусмотренного пунктом 5.2 договора, окончательно они были завершены и автомобиль передан заявителю 24 ноября 2017 г.

Таким образом, Гранс С.А. своими действиями фактически подтвердил, что не считал договор от 22 ноября 2016 г. незаключенным, в связи с чем вывод суда о том, что договор между Грансом С.А. и Костеловой С.А. является незаключенным нельзя признать правильным.

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что при рассмотрении настоящего дела судебными инстанциями допущены нарушения норм права, которые являются существенными, непреодолимыми и которые не могут быть устранены без отмены судебного постановления и нового рассмотрения дела.

Согласно ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (ст. 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит нужным отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 23 октября 2018 г. с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 23 октября 2018 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий Горшков В.В.
Судьи Гетман Е.С.
Киселёв А.П.

Общие положения ГК РФ о заключении договора в разъяснениях ВС РФ

stokkete / .com

Разъяснения по вопросам применения обновленных и новых норм, появившихся в Гражданском кодексе в рамках масштабной реформы гражданского законодательства, зафиксированы в нескольких постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. В частности в:

  • постановлении Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»;
  • постановлении Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»;
  • постановлении Пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении».

Последние на сегодняшний день разъяснения – постановление Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49 (далее – Постановление № 49) – служат ориентиром для применения некоторых общих положений кодекса о заключении и толковании договора. Базируются они, как отмечает заведующая кафедрой коммерческого права и процесса Исследовательского центра частного права имени С.С. Алексеева при Президенте РФ, участник рабочих групп по подготовке разъяснений ВС РФ о применении законодательства Анна Сироткина, на принципе свободы договора и принципе добросовестности – в этом отношении Постановление № 49 выступает своего рода преемником постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах» – и приоритете заключенности договора в случаях, когда его условия могут быть истолкованы неоднозначно. Разъяснения уже активно применяются судами – по приведенным экспертом данным, за прошедшее с момента принятия Постановления № 49 время до ВС РФ дошло 31 дело со ссылками на него, 18 из которых были переданы на рассмотрение судебных коллегий – в них, в частности, затронуты вопросы толкования договоров, применения положений о заверениях об обстоятельствах, понуждении к заключению договора. Практика арбитражных судов округов показывает, что ссылки на данное постановление содержатся в более чем 1,5 тыс. судебных актов.

IV ВСЕРОССИЙСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ФОРУМ

18 сентября 2019 года

«Реформа гражданского законодательства: некоторые новеллы и их судебное толкование»

Купить запись

Тем не менее не все новые положения ГК РФ в части заключения и толкования договоров нашли отражение в Постановлении № 49, причем отсутствие разъяснений по ним объясняется разными причинами. Так, например, конструкция опциона на заключение договора (ст. 429.2 ГК РФ), по словам Анны Сироткиной, не конкретизирует специфику разных опционов, в том числе биржевых, поэтому формирование обобщенных правил ее применения вряд ли позволило бы учесть все нюансы биржевой торговли. В отношении давно существующих, но претерпевших значительные изменения с точки зрения защиты присоединившейся стороны норм о договорах присоединения – установлено, что по общему правилу при изменении или расторжении договора присоединения по требованию присоединившейся стороны он считается действовавшим в измененной редакции либо не действовавшим с момента его заключения (п. 3 ст. 428 ГК РФ), – ВС РФ не стал давать разъяснения по причине не очень объемной и по большей части негативной практики применения данной статьи. Защитить свои права по предусмотренной ею правилам присоединившейся к договору стороне на сегодняшний день довольно сложно, тем более что существует глобальная проблема с навязыванием договорных условий, пояснила Анна Сироткина.

Опираясь на мнения о данных ВС РФ разъяснениях ведущих юристов в сфере частного права, высказанных в ходе организованного компанией «Гарант» IV Всероссийского юридического форума «, обозначим, какие еще общие положения ГК РФ о договоре следовало бы истолковать Суду и какие из его разъяснений являются не совсем однозначными или недостаточно полными.

Заключение договора

Первая позиция ВС РФ, вызвавшая споры в экспертном сообществе, касается способов заключения договора. Суд указал, что соглашение сторон по всем существенным условиям договора может быть достигнуто не только путем обмена офертой и акцептом либо совместной разработки условий в переговорах, но и иным способом – договор, в частности, считается заключенным, когда воля сторон на заключение договора явствует из их поведения (п. 1 Постановления № 49). Ряд юристов считают данное разъяснение прогрессивным и позволяющим – в сочетании с положением о невозможности стороны, принявшей от другой стороны полное или частичное исполнение по договору или иным образом подтвердившей его действие, требовать признания договора незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ) – сохранять достигнутые договоренности даже в случае неправильного их оформления. Другие же полагают, что оно может применяться лишь к небольшой части договоров, поскольку в большинстве случаев признание договора заключенным исходя только из поведения сторон противоречило бы правилам о форме договора.

РАЗЪЯСНЕНИЕ ПОЛЕЗНО

Михаил Церковников, доцент кафедры общих проблем гражданского права Исследовательского центра частного права имени С.С. Алексеева при Президенте РФ:

«Признавая, что дальнейшие отношения сторон могут свидетельствовать о существовании договора, мы уходим от махрового формализма в сторону содержательного взгляда на договор. ВС РФ показал, что конклюдентные действия, а также дальнейшее предоставление и принятие предоставления являются доказательствами существования договора и «перебивают» недостатки при оформлении. То есть получается, что даже в случае нарушения правил о форме договора он может считаться заключенным, если дальнейшее его исполнение это нарушение нивелирует. Это не какое-то новшество, подход, предполагающий признание договора заключенным фактическими действиями, формировался еще ВАС РФ. В частности, в обзоре судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25 февраля 2014 г. № 165), где в отношении договора подряда, например, было указано, что если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде.

Так что Постановление № 49 фактически лишь фиксирует те достижения практики, которые нарабатывались с 2008, наверное, года. Конечно, это не для случаев, когда стороны просто обсудили свое намерение заключить, например, договор подряда, а для тех, когда есть договоренность о строительстве МКД, подрядчик допускается на участок, заказчик принимает и подписывает промежуточные акты, выдает аванс, а после того, как дом построен, отказывается платить, ссылаясь на то, что сроки не согласованы. Практика признания договоров незаключенными по таким надуманным основаниям существовала в 90-х и начале 2000-х годов, когда на договор смотрели в первую очередь как на документ, и при отсутствии в нем некоторых существенных условий сторона, которой отношения стали не интересны или которая не хотела платить, могла заявить требование о признании договора незаключенным, и все переданное по нему признавалось неосновательным обогащением.

Постановление № 49 направлено на сохранение и уважение договоренностей, оно прямой наследник постановления Пленума ВАС о свободе договора, и нужно понимать, что именно толкуя договор в пользу заключенности, а не пытаясь уничтожить его путем признания незаключенным, мы прежде всего уважаем свободу договора».

РАЗЪЯСНЕНИЕ ОПАСНО

Василий Витрянский, член Совета по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства при Президенте РФ, заместитель председателя ВАС РФ в отставке:

«Понятно, что есть резон в отказе от формализма, и при рассмотрении конкретных споров ВАС РФ действительно принимал во внимание конкретные детали, но давать такое генеральное разъяснение, что есть еще один способ заключения договора: когда просто явствует воля сторон, – недопустимо. Нужно было хотя бы уточнить, что имеется в виду, например, бытовой подряд, когда договор не заключили, а квартиру отремонтировали, но этого не сделано, и получается, что разъяснение относится ко всем договорам. При этом ссылка дается не только на п. 3 ст. 432 ГК РФ , но и на п. 2 ст. 158 ГК РФ, где говорится о том, что устная сделка считается совершенной и в том случае, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку. А в п. 3 Постановления № 49 говорится о применении последствий недействительности сделки при несоблюдении требований к форме договора. То есть для того, чтобы оценить содержание правоотношения: достигнуто ли соглашение по всем существенным условиям, – нам предлагают нормы о сделке и о последствиях недействительности сделки. Одно то обстоятельство, что в ст. 432 ГК РФ говорится о требуемой в подлежащих случаях форме договора означает, что мы не должны применять к нему нормы о форме сделки, тем более устной. В ходе реформы п. 2 ст. 420 ГК РФ, устанавливающий, что к договорам применяются правила о двусторонних и многосторонних сделках, специально был дополнен фразой «если иное не установлено настоящим кодексом». Таким образом, если есть иные правила о форме договора, то применяются они. Договор с участием юрлиц требует письменной формы, а письменная форма договора – это либо переговоры и выработка единого документа, либо обмен письмами, телеграммами и прочими документами (то есть обмен акцептом и офертой), и никакой другой письменной формы применительно к договору не бывает.

Поэтому можно было бы такое разъяснение дать в целях борьбы с формализмом, но только вводя какие-то конкретные условия и ситуации».

РАЗЪЯСНЕНИЕ МОЖЕТ БЫТЬ И ПОЛЕЗНЫМ, И ОПАСНЫМ

Андрей Ширвиндт, заведующий кафедрой обязательственного права Исследовательского центра частного права имени С.С. Алексеева при Президенте РФ:

«Известно, что в России письменной формы требует большее количество сделок, чем в большинстве западных правопорядков. У нас, по сути, в свободной форме совершаются только сделки менее чем на 10 тыс. руб. без участия юридических лиц, малое количество которых доходит до суда.

Но и в западных правопорядках, где свобода формы, почти все сделки письменные, потому что письменность формы диктуется не законом, а здравым смыслом, хозяйственной и делопроизводственной логикой. Поэтому если воспринять разъяснение ВС РФ как рекомендацию не обращать внимания на форму договора и просто приступать к исполнению, то это вредная рекомендация. Но, может быть, увидеть в ней всего лишь лекарство для тех редчайших случаев, когда, к примеру, договор строительного подряда исполнили, а форма не соблюдена? Такое возможно, например, в случае, когда экспертиза покажет, что подписи на всех документах выполнены неустановленными лицами. А если не известно, кем подписаны документы, суды говорят, как правило, не о том, что сделка совершена не уполномоченным лицом, а о ее ничтожности либо незаключенности (тут есть вариации). И получается, что построили огромный комплекс, естественно, есть текст договора, естественно, когда шло строительство и производилась оплата, стороны исходили из каких-то договоренностей, но если придираться к формальностям, то можно в суде настаивать на том, что форма договора не соблюдена. Может быть, для таких случаев злоупотреблений разъяснения ВС РФ применять?».

Заверения об обстоятельствах

Спорным, по мнению экспертов, является разъяснение ВС РФ о том, что нормы о заверениях об обстоятельствах (ст. 431.2 ГК РФ) распространяются не только на стороны договора, но и на третьих лиц. Суд указал, что третье лицо, обладающее правомерным интересом в заключении договора сторонами либо его исполнении или прекращении, может предоставить заверение об имеющих значения для совершения соответствующего действия с договором обстоятельствах, а в случае недостоверности заверения – отвечает перед стороной, которой оно предоставлено (абз. 4 п. 34 Постановления № 49). По словам Анны Сироткиной, в бизнес-практике заверения очень часто даются не непосредственно стороной договора, а лицами, контролирующими соответствующий бизнес (учредителями, бенефициарами), и чтобы показать допустимость таких заверений было принято решение включить в разъяснения подобный пример. Однако вопрос, какая ответственность: деликтная или предусмотренная ст. 431.2 ГК РФ – должна в таких ситуациях применяться, действительно сложный и пока однозначно не решенный, подчеркнула эксперт.

Кроме того, нужно понимать, как разграничить заверение об обстоятельствах, данное третьим лицом, и поручительство.

МНЕНИЕ

Артём Карапетов, директор юридического института «М-Логос»:

«Когда некий бенефициар, контролирующее лицо хочет взять на себя обязательство покрыть убытки покупателя акций, заверения третьего лица не нужны. Продавец дает покупателю заверение, а бенефициар продавца, владеющий активами и платежеспособный, – поручительство по его обязательству. Заверения же от третьего лица, насколько я понимаю, востребованы на практике не в тех ситуациях, когда покупателю нужна какая-то дополнительная гарантия, а в тех, когда продавец не хочет взять на себя риск покрытия убытков покупателя, потому что, например, является владельцем миноритарной доли в 20%, не вполне контролирует компанию и не владеет всей информацией о деталях, а покупатель требует от него 30-страничного списка заверения, как это обычно бывает при продаже доли в бизнесе. Продавец просто не готов брать на себя такие риски и давать такие заверения, и сделка заходит в тупик. Выходом из положения в таком случае как раз и может стать добровольное вмешательство третьего лица – мажоритарного акционера, который заинтересован в смене контроля в этой миноритарной доле и готов дать покупателю гарантию достоверности заверений, а также взять на себя все риски. Продавец в этом случае ответственности не несет, все денежные претензии, которые возникнут у покупателя, будут адресованы этому третьему лицу.

При этом здесь возникают различные нюансы, потому что нормы о средствах защиты реципиента заверения, предусмотренные ст. 431.2 ГК РФ, требуют адаптации к ситуациям, когда заверение дается не непосредственным контрагентом, а неким третьим лицом. Например, отказ от договора в данном случае вряд ли возможен, оспаривание допустимо в случае обмана со стороны третьего лица и т. д.

В любом случае такие заверения даются в рамках договорных правоотношений, и лучше оформлять их в виде трехстороннего договора (либо двустороннего между заверителем-мажоритарием и покупателем).

Предварительный договор

В целом разъяснения ВС РФ о предварительном договоре (ст. 429 ГК РФ), в том числе о правилах согласования предмета основного договора в предварительном, допустимости заключения одностороннего предварительного договора, возможности обеспечения исполнения предварительного договора задатком (п. 25, п. 23, п. 26 Постановления № 49 соответственно), оцениваются юристами положительно.

Однако применение некоторые обозначенных Судом позиций без дополнительного разъяснения может привести к определенным проблемам. Одна из таких позиций касается сроков предъявления требования о заключении основного договора и исполнения данного обязательства. Кодексом установлено, что в предварительном договоре указывается срок, в течение которого стороны обязуются заключить основной договор (если не определен, то считается равным году), а в случае уклонения стороны от его заключения другая сторона может обратиться в суд с требованием о понуждении к заключению договора – в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора (п. 4-5 ст. 429 ГК РФ). ВС РФ указал, что этот шестимесячный срок на обращение в суд с иском о понуждении начинает отсчитываться с момента истечения срока, указанного в предварительном договоре (п. 27 Постановления № 49). То есть получается, что, если в предварительном договоре указан двухлетний срок, а сторона требует заключения основного договора через полгода с момента заключения предварительного, вторая может не заключать его на протяжении полутора лет без всяких последствий. «Мне кажется, это абсурд, но именно так буквально читается данное разъяснение», – подчеркнул Артём Карапетов. Во избежание подобных ситуаций, предполагающих невозможность фиксации факта нарушения предварительного договора на протяжении длительного времени, – эксперт рекомендует указывать в договоре два срока:

  • срок востребования, то есть период времени, в течение которого каждая из сторон имеет право потребовать заключения основного договора. Если никто данным правом не воспользовался, по истечении этого срока предварительный договор прекращается (п. 6 ст. 429 ГК РФ);
  • срок исполнения обязательства по заключению основного договора. Например, три месяца с момента предъявления соответствующего требования.

Недействительность договора

Появление в кодексе специальной статьи о недействительности договора (ст. 431.1 ГК РФ), как отметил Василий Витрянский, было обусловлено необходимостью искоренить практику признания договоров недействительными по инициативе недобросовестных должников. По его словам, использование всех без исключения правил о недействительности сделок (§2 гл. 9 ГК РФ) к договорам, в том числе связанным с осуществлением предпринимательской деятельности, привело к тому, что в 90% случаев этой защитой пользовались именно недобросовестные должники, заявляя требование о признании договора недействительной сделкой либо до предъявления законных требований кредитора, например о взыскании неустойки, либо после – путем предъявления встречного иска.

Теперь в кодексе закреплено, что сторона, принявшая от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением предпринимательской деятельности, но не исполнившая при этом свое обязательство (частично или полностью), не вправе требовать признания этого договора недействительным, за исключением ряда случаев (п. 2 ст. 431.1 ГК РФ).

Стоит отметить, что единый изначально проект изменений в ГК РФ, подготовленный на основе Концепции развития гражданского законодательства РФ, предполагал введение в кодекс еще одной новой статьи – «Оспаривание заключенного договора». Таким образом две категории: недействительный договор и договор, признаваемый незаключенным, – четко дифференцировались. Однако в итоговом тексте поправок от данной статьи осталось лишь одно положение – уже упоминавшийся п. 3 ст. 432 ГК РФ, предусматривающий невозможность признания договора незаключенным по требованию стороны, принявшей исполнение или иным образом подтвердившей действие договора.

Тем не менее сочетание обозначенных положений решает поставленную задачу по исключению возможности недобросовестных должников заявлять требования о признании договора недействительным или незаключенным, подчеркнул Василий Витрянский. И все же экспертное сообщество ожидало, что разъяснения о различении понятий недействительность договора и признание договора незаключенным, а также о соотношении новой статьи о недействительности договора и норм о признании недействительной оспоримой сделки, особенно п. 2 ст. 166 ГК РФ, где говорится о недопустимости оспорения сделки стороной, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, по основанию, о котором она знала при проявлении этой воли, будут включены в Постановление № 49. Но этого не произошло. «Тот факт, что в разъяснениях ВС РФ ст. 431.1 ГК РФ не упоминается, – это говорящая тишина, – полагает Андрей Ширвиндт. – Если Суд в принципе предполагал ее разъяснить, то это должно было быть сделано именно в Постановлении № 49, так как мы понимаем, что не будет еще одного постановления Пленума о недействительности договоров. Поэтому можно сделать вывод, что эта статья на данный момент практикой не воспринимается. Пленум ВС РФ по крайней мере хочет вопросы недействительности договоров решать по общим правилам недействительности сделок, а не по ст. 431.1 ГК РФ».

***

Как видно, мнения представителей экспертного сообщества по вопросам оценки рассмотренных положений Постановления № 49 существенно расходятся. Не исключено, что и позиции судов, применяющих эти разъяснения, могут различаться. Остается надеяться, что практика все-таки позволит выработать единые подходы по наиболее проблемным вопросам применения обновленных общих положений о договоре, особенно по тем, которые прокомментированы недостаточно подробно или вовсе пока не отражены в разъяснениях ВС РФ.

Признание договора незаключенным — судебная практика

Решения судов, основанные на применении нормы статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Ст. 432 ГК РФ. Основные положения о заключении договора

Судебная практика

  • Решение № 7-947/2019 от 27 ноября 2019 г. по делу № 7-947/2019

    Ставропольский краевой суд (Ставропольский край) — Административное …а также может осуществляться лицом, не являющимся его собственником — землепользователем, землевладельцем, арендатором и обладателем сервитутов (правом ограниченного пользования чужим земельным участком). Согласно ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В соответствии с п. 2 ст. …

  • Постановление № 44Г-35/2019 4Г-637/2019 от 14 ноября 2019 г. по делу № 2-546/2019

    Тамбовский областной суд (Тамбовская область) — Гражданское …не являются, на выполнение работ по ремонту (замене) радиаторов отопления силами ООО УК «Новый дом» должен был быть заключен договор подряда. Подобного по предусмотренным статьей 432 ГК РФ требованиям не заключалось, существенные условия такого договора, а именно предмет, сроки выполнения работ и их цена не согласовывались. При этом суды правильно руководствовались положениями статей …

  • Постановление № 44Г-146/2019 4Г-2533/2019 4Г-2533/201944Г-146/2019 от 13 ноября 2019 г. по делу № 2-17/2019

    Верховный Суд Республики Крым (Республика Крым) — Гражданские и административные …Е.А. законность решения, принятого судом первой инстанции. Выводы судов нижестоящих инстанций основаны на неверном применении норм материального и процессуального права. Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой форме достигнуто соглашение по всем его существенным условиям. В силу пункта 4 статьи 421, пункта …

  • Решение № 07-1506/2019 от 7 ноября 2019 г. по делу № 07-1506/2019

    Волгоградский областной суд (Волгоградская область) — Административное …товаров, работ, услуг, соответственно поставляемых, выполняемых, оказываемых по государственному оборонному заказу, в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации и условиями контракта. В пункте 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Как следует …

  • Постановление № 44Г-338/2019 4Г-5081/2019 от 6 ноября 2019 г. по делу № 2-216/2019

    Верховный Суд Республики Башкортостан (Республика Башкортостан) — Гражданские и административные …принадлежащие им гражданские права. Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Исходя из положений п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, …

  • Постановление № 44Г-130/2019 4Г-2045/2019 4Г-2045/201944Г-130/2019 от 30 октября 2019 г. по делу № 2-385/2019

    Верховный Суд Республики Крым (Республика Крым) — Гражданские и административные …отказе в иске, судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Крым не дала оценку всем доказательствам, предоставленным истцом, в обоснование своих требований. Согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, …

  • Постановление № 4А-300/2019 от 29 октября 2019 г. по делу № 4А-300/2019

    Ивановский областной суд (Ивановская область) — Административные правонарушения …закупку у единственного поставщика. Вместе с тем, следует отметить, что в рамках совершенной 15 августа 2018 года сторонами закупки было достигнуто в соответствии со ст. 432 ГК РФ соглашение по всем существенным, в связи с чем она является самостоятельным договором. Тот факт, что заключенный между АО Учхоз «Чернореченский» и ООО «ТТК Трансойл» договор …

  • Постановление № 44Г-80/2019 4Г-1910/2019 от 28 октября 2019 г. по делу № 2-91/2019

    Кемеровский областной суд (Кемеровская область) — Гражданские и административные …должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о …

  • Постановление № 44Г-23/2019 4Г-749/2019 от 25 октября 2019 г. по делу № 2-272/19

    Сахалинский областной суд (Сахалинская область) — Гражданское …иске в решении мирового судьи мотивирован ссылкой на статью 5 Гражданского кодекса РФ («Обычаи делового оборота») и указанием на то, что в соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса РФ предложение к приобретению подарочного сертификата является публичной офертой и его приобретатель, как и лицо, кому сертификат продан либо подарен, соглашается со всеми условиями договора. …

  • Постановление № 44А-1316/2019 4А-1316/2019 от 21 октября 2019 г. по делу № 44А-1316/2019

    Пермский краевой суд (Пермский край) — Административные правонарушения …государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (п. 2 ст. 763 ГК РФ). В силу ст. ст. 432 , 766 ГК РФ условие о сроках выполнения работ является существенным условием государственного или муниципального контракта. Согласно ст. 768 ГК РФ к отношениям по государственным или муниципальным контрактам …

Страницы← предыдущая

Признание сделки незаключенной как самостоятельный способ защиты субъективного права

При принятии наследства, оформляя документы у нотариуса, наследник первой очереди обнаружил, что имеется договор дарения некого движимого имущества, заключенный за день до смерти правопредшественника с лицом, не являющимся наследником.

Наличие данного договора показалось подозрительным наследнику в связи с тем, что состояние наследодателя в последние дни было тяжелым и представляется сомнительным, что он мог совершить указанную сделку.

Было видно, что договор был шаблонным, составленным на одном листе, в графе даритель была поставлена подпись последнего без расшифровки. Проанализировав указанный договор, наследник пришел к выводу о том, что подпись от имени дарителя сделана не наследодателем, а иным лицом.

При таких обстоятельствах наследник решил оспорить указанную сделку.

В процессе подготовки искового заявления возник вопрос, какой способ защиты гражданских прав будет являться надлежащим: требование о признании сделки недействительной (ничтожной) или незаключенной?

Указанный вопрос, на первый взгляд, носит сугубо теоретический характер. Но в то же время, практическая значимость разрешения указанного вопроса заключается в том, что процессуальное законодательство вменяет в обязанность истцу осуществить надлежащий выбор способа защиты своего субъективного права. Именно последний должен дать первоначальную правовую квалификацию спорным правоотношениям.

Кроме того, формирование качественной правовой позиции по делу, в основном, обусловлено корректностью выбора способа защиты права.

Ситуация осложняется и тем обстоятельством, что суды, в случае установления факта подделки подписи одной стороны сделки третьим лицом, признают такие сделки в одних случаях недействительными (ничтожными), в других — незаключенными.

Таким образом, в настоящей статье автор попытался проанализировать различия между недействительной (ничтожной) и незаключенной сделкой как с сугубо теоретических позиций, так и практическую значимость выделения двух указанных институтов.

Итак, в соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с приведенным нормативным положением, гражданские права и обязанности возникают в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, — независимо от суммы сделки (подпункт 2 пункта 1 статьи 161 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании пункта 1 стати 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

По смыслу действующего законодательства заключенный договор как согласованную волю двух или более лиц в отношении условий, указанных в законе или самом соглашении в качестве существенных, облеченную в надлежащую форму, сопряженную в случаях, установленных законом, с передачей вещи и (или) государственной регистрацией и направленную на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Соответственно незаключенным надлежит считать договор, если в нем отсутствует хотя бы один из вышеуказанных элементов.

Аналогичная правовая позиция отражена в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в соответствии с которым в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Таким образом, на первый взгляд, понятие недействительной сделки не тождественно понятию незаключенной сделки. По смыслу, действующего правового регулирования, незаключенная сделка не порождает ни каких правовых последствий для сторон такой сделки.

Аналогичная правовая позиция сформулирована ВАС РФ, недействительные и незаключенные договоры как различные категории сделок, влекущие разные правовые последствия (постановления Президиума ВАС РФ от 14.07.98 № 1173/98 и от 01.10.2002 № 1325/02).

Таким образом, правовая природа недействительных и незаключенных договоров различна. Незаключенный договор — это несуществующий договор. Правовым последствием признания договора незаключенным является отсутствие обязательственных отношений между сторонами по нему, в связи с чем незаключенный договор нельзя признать недействительным. Аналогичной правовой позиции, преимущественно, придерживается практика арбитражных судов.

Так, в обоснование такой позиции приводится следующая аргументация:

  • договор не может являться одновременно ничтожным и незаключенным* (1);
  • установление действительности или недействительности возможно лишь в том случае, если договор заключен*(2));
  • незаключенный договор не может являться недействительным (ничтожным)*(3);
  • если договор является незаключенным, это исключает возможность удовлетворения иска о признании его недействительным (ничтожным) в силу отсутствия договора как такового*(4);
  • правовые последствия при признании договора незаключенным и признании его недействительным различны*(5).

Не нашел поставленный вопрос и разрешения в доктрине гражданского права.

Как отмечает Е. Годэмэ, классическая теория выделяла две категории недействительности, объясняя это делением условий договора на две категории по степени их важности для заключения договора: условия существования и условия силы.

«Условия существования — это те, которые с необходимостью предполагаются самим понятием договора, как оно вытекает из природы вещей или из закона.

С точки зрения природы вещей эти условия таковы: согласная воля сторон, наличие предмета или основания, а с точки зрения закона — дозволенный характер предмета, соблюдение формы- в торжественных договорах. При отсутствии этих условий акт юридически не существует. Недействительность наступает в силу закона. Условия силы не существенны для бытия договора. Логически договор возникает, несмотря на их отсутствие. Но они введены в защиту определенных лиц. Существует две категории таких условий: одни касаются отсутствия пороков соглашения (заблуждение, насилие, обман), другие — дееспособности. Эти условия имеют, в качестве санкции, оспоримость». Некоторые авторы пытались выработать более тонкое учение, которое дает трехчленное деление недействительных договоров: «если недостающие элементы договора — фактического характера — это несуществующий договор (отсутствие предмета). Если акт противоречит повелению или запрету закона имеет место ничтожность (продажа недозволенного предмета). Практическое значение такого деления объяснялось тем, что «недействительность незаключенного договора не зависит от какого-либо судебного признания. В случае ничтожности, наоборот, требуется признание этого судебным решением. Однако отмечаемые различия незаключенных и ничтожных договоров большинство ученых признавали бесполезными, поскольку будет ли в договоре недоставать элемента фактического состава (отсутствие предмета договора) или какое-нибудь требование права (продажа недозволенного предмета), договор с точки зрения закона — мертворожденный; нужно только это доказать»*(6).

Л. Жюллио де ла Морандьер также замечал, что «отдельные представители классической литературы усложнили и без того неясное учение о недействительности, предложив различать третий вид лишенного силы договора — договор несостоявшийся. Договор, говорят они, не только недействителен, но он не состоялся, если отсутствует какое-либо из условий, без которых невозможно мыслить юридическую сделку. Это понятие… бесполезно, ибо невозможно обнаружить подлинный практический смысл отграничения несостоявшихся договоров от договоров недействительных»*(7).

Соответственно, несмотря на то, что часть ученных разграничивают указанные правовые категории, все они единогласны в том, что последствия и ничтожных и не заключенных сделок идентичны, а именно, бессилие такой сделки, не возможность рассматривать последнюю в качестве правопорождающего юридического факта.

В отечественной доктрине гражданского права рассматриваемые понятие не разграничивались. Собственно говоря, такая правовая категория как «сделка» применялась отечественными исследователя только к тем юридическим фактам, которые соответствовали действующему законодательству, в том же случае, если юридический факт не соответствовал законодательству, то такое правовое явление рассматривалось как «ничто», небытие.

Так, Д. И. Мейер писал, что «Только законные сделки можно назвать сделками, ибо сделки незаконные не считаются действительными, следовательно, и существующими. Собственно недействительной можно назвать только сделку, которая не соответствует существенным ее принадлежностям, определяемым законодательством. По смыслу слова под понятие недействительности подходит и такая сделка, которая оказывается бессильной в юридическом быту по отсутствии условия, которое определено для ее существования самими участниками сделки; но такую сделку мы называем несостоявшейся, находя это название более соответствующим ее природе»*(8).

Сторонником разграничения недействительных и несостоявшихся сделок в советской литературе выступила Н. В. Рабинович, обосновав это тем, что «недействительная сделка — это сделка, которая состоялась, однако в силу присущих ей недостатков признается лишенной правовой силы. Несовершившаяся сделка никогда не существовала и существовать не могла, стало быть, правовой силы не имела и поэтому этой силы лишена быть не может»*(9).

Вслед за ней М. И. Брагинский и В. В. Витрянский также признают, что несостоявшийся договор («незаключенный» договор) — всегда «ничто», а недействительный — может быть «нечто», имея в виду те специальные последствия, которые указаны в законе на этот счет (например, взыскание в доход государства, полученного по недействительной сделке)*(10).

По мнению Б. Газарьян и С. Зинченко, природа недействительных и незаключенных договоров различна, поскольку подтверждение факта заключения договора связано с достижением сторонами соглашения по всем существенным условиям, при недействительности сделки подлежат анализу и учету практически все элементы правоотношения: субъектный состав и его дееспособность, единство воли и волеизъявления, соответствие сделки закону, форма сделки*(11).

На первый взгляд все логично, но, если руководствоваться указанным подходом, следует признать то обстоятельство, что действующее гражданское законодательство разграничивает институты недействительности (ничтожности) сделок и их не заключенности.

В тоже время, если при признании сделки недействительной (ничтожной) действующее правовое регулирование предусматривает определенные последствия (по общему правилу, двусторонняя реституция), то при признании сделки не заключенной, никаких последствий гражданский закон не содержит.

Актуальность определения последствий не заключенной сделки остро возникает в случае, если такая порочная сделка фактически исполнена сторонами (имущество передано, деньги уплачены и пр.).

Судебная практика, чаще всего, применяет к не заключенным сделкам последствия аналогичные тем, которые предусмотрены для недействительных (ничтожных сделок).

Но если последствия признания сделки и недействительной (ничтожной) и не заключенной идентичны, то в чем тогда практическая ценность разделения указанных правовых явлений. Ведь с позиции практика, не важно какое требование из указанных нужно будет заявить суду, последствия будут одинаковы.

Полагаем, что учитывая, действующее правовое регулирование рассматриваемых институтов, полагаем, что с позиций доктрины понятие ничтожной сделки не тождественно понятию незаключенной сделки.

В то же время, принимая во внимание то обстоятельство, что действующее правовое регулирование не предусматривает специальных правовых последствий при признании сделки незаключенной, полагаем, что с практической точки зрения, существенных различий между указанными способами защиты в ракурсе последствия удовлетворения, заявленных требований не имеется.

В связи с изложенным, полагаем, что дробление неисправных сделок на ничтожные и незаключенные имеет исключительно практическую ценность.

*(1) Постановление ФАС Северо-Западного округа от 30.10.2000 N А05-2327/00-5/2.

*(2) Постановление ФАС Уральского округа от 08.01.04 N Ф09-3913/03-ГК.

*(4) Постановление ФАС Поволжского округа от 18.06.02 N А12-13770/01-С13.

*(5) Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 17.03.03 N Ф04/1139-149/А03-2003.

*(6) Годэмэ Е. Общая теория обязательств / Пер. с фр. И.Б. Новицкого. М., 1948. С. 150.

*(7) Жюллио де ла Морандьер Л. Гражданское право Франции. Т. 2 / Пер. с франц. Е.А. Флейшиц. М., 1960. С. 278.

*(8) Мейер Д.И. Русское гражданское право. В 2-х частях. Ч. 1. М., 1997. С. 179.

*(9) Рабинович Н.В. Недействительность сделок и ее последствия. Л., 1960. С. 21.

*(10) Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 1999. С. 309.

*(11) Зинченко С., Газарьян Б. Ничтожные и оспоримые сделки в практике предпринимательства // Хозяйство и право. 1997. N 2. С. 120.

Признание договора незаключенным

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *