Сокрытие преступления сотрудниками полиции

Укрывательство преступлений сотрудниками следственного комитета России.

«Укрывательство преступлений сотрудниками правоохранительных органов не является преступлением и в отношении них не может быть начато уголовное преследование, в крайнем случае, на них можно подать жалобу вышестоящему начальству по факту бездействия должностных лиц» — вот какую аргументацию привел руководитель следственного отдела по г. Ступино ГСУ СК РФ по Московской области майор юстиции Сорокин А. В.
Открываем УК РФ и действительно видим пробел в действующем законодательстве. Единственная статья УК РФ, посвященная укрывательству преступлений, гласит, что уголовная ответственность наступает за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений.
Как известно, нет преступления, если оно не предусмотрено соответствующей статьей уголовного закона. Отсутствие соответствующей санкции в действующем УК РФ, повсеместная коррупция, продажность правоохранительных органов позволяет последним оставлять безнаказанными миллионы преступлений по всей стране.
Никто так не плодит преступность в России как её правоохранительные органы.
Я уже неоднократно писал по факту совершения преступления сотрудниками правоохранительных органов по делу Воронежского маньяка, совершенного ст. следователем Линчик А. Н., прокурором Гусельниковой В. В., судьей Масловым В. А. и то, как расследуется это дело следственным комитетом России. После бесконечных отписок руководитель следственного комитета России Бастрыкин А. И. поручил руководителю ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенанту юстиции Третьякову Н. И. провести со мной личную встречу. Ну, организовал он эту встречу, ну провел. И что?
Ни на один поставленный мной вопрос руководитель данного ведомства так и не ответил. Нечего было отвечать. Факты фальсификации уголовного дела и осуждения заведомо невиновного невозможно опровергнуть. Невозможным оказалось показать, положенный в обвинительный приговор, процессуальный документ по делу, которого просто нет – он фикция, он только в приговоре.
Вот моя очередная жалоба на действия руководителя ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенанта юстиции Третьякова Н. И. поданная лично председателю СК РФ Бастрыкину А. И., которая была зарегистрирована в СК России за номером 298762
«Несмотря на Ваше личное указание и проведенную встречу с руководителем ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенантом юстиции Третьяковым Н. И., которая состоялась аж 15.01.2013 года, на настоящий момент времени СУ СК России по Воронежской области так и не дан ответ ни на один из 13 поставленных мной вопросов в заявлении о возбуждении уголовного дела от 06.12.2011 года, т. е. прошло уже более, чем 1,5 года, что говорит о явном укрывательстве преступлений своих коллег по цеху по делу Воронежского маньяка.
Ещё раз требую создания следственной группы от СК России для разрешения моего заявления от 06.12.2011 года в СК России и принятия по нему процессуального решения в соответствии с нормами УПК РФ.
Молчание в данном случае сотрудников СК России лично я расцениваю как признание ими вины своих коллег и явного укрывательства их уголовного преследования».
Вместо рассмотрения жалобы по существу помощнички Бастрыкина А. И., пересылают указанную жалобу….правильно, тому на кого она была подана, она направляется руководителю ГСУ СК России по Воронежской области генерал-лейтенанту юстиции Третьякову Н. И.
Но меня, как заявителя жалобы, не интересует, кому именно господин Бастрыкин А. И. поручил заниматься моей жалобой. Меня интересует, другое, в частности то, что Следственный комитет России укрыл преступление, преступление совершенное сотрудниками правоохранительных органов. И при этом все виновные должностные лица Следственного комитета России остаются не только безнаказанными, но и продолжают занимать свои должности, как и прежде.
Не так страшен сам преступник, как тот, кто его покрывает, и гораздо страшней, если он при этом занимает должность сотрудника правоохранительных органов.
Буквально на днях, выступая по телевидению, президент России Путин В. В. обращал внимание граждан на недопустимость при защите своих прав перехода черты, за которой действия граждан становятся преступными. В связи с чем лично у меня возникает встречный вопрос к президенту: «А что остается делать гражданам, если их к этому вынуждают те, кто должен сам пресекать преступную деятельность, как, например, в моем случае? Назовите, господин президент, законные способы борьбы уже с Вашими подчиненными, которые в силу занимаемого ими положения не пресекают преступную деятельность, а сами выступают в роли пособников лиц, совершивших преступление, т. е. их действия следует квалифицировать как заранее не обещанное укрывательство преступлений?»
Но и это ещё не все. Есть хорошая старая русская пословица «Каков поп, таков и приход». Так вот приход господина Бастрыкина А. И. плохой, если не сказать из рук вон как безобразный.
Что бы не быть голословным дополнительно выкладываю две следующие истории — поучительные, обвинительные.
История первая:
25 сентября 2013 года при моей правовой поддержке гр. Марченко Т. Г. было подано заявление в следственный отдел по г. Пушкино Московской области о возбуждении уголовного дела по факту предоставления в суд по уголовному делу в качестве доказательств заведомо подложных документов.
В качестве таких документов в суд было предоставлено два документа, даже при внешним виде не вызывающих никаких сомнений в их подложности.
Первый: талон амбулаторного больного, оформленный медицинским учреждением 23 апреля 2012 года, но содержащий в п. 2 запись о том, что у больного на указанную дату имеется просроченный страховой полис ОМС, срок действия которого истек 09.11.2012 года. Дураку понятно, что документ фальшивка, а вот судья Суханова А. М. признала этот документ, несмотря на наши возражения, допустимым доказательством.
Второй документ: медицинская карта амбулаторного больного, в которой была осуществлена вклейка листов с записью сфальсифицированного диагноза от 23.04.2012 года, фальсификация записи подтверждается тем, что она осуществлена между записями за август 2012 года. При этом диагноз в медицинской карте, карте амбулаторного больного и в заявлении в суд – разные. Данные противоречия так и не были устранены в суде. И этот документ был принят судьей Пушкинского городского суда Сухановой А. М. в качестве доказательства по уголовному делу, в результате чего Марченко Т. Г. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ.
Но это будет совсем другая история, которая, надеюсь, получит свое продолжение на страницах ПРАВОРУБа.
Далее все как обычно. Препятствия в приеме заявления о совершенном преступлении, затягивание по срокам, отписка, подача жалобы на имя руководителя СО по г. Пушкино ГСУ СК России по Московской области в порядке ст. 124 УПК РФ. И вопрос опять завис в воздухе.
Интересен ответ представителей от следственного комитета России по г. Пушкино – раз судья не признала документ фальшивым, значит никто не вправе ставить под сомнение принятое судьей решение. Уважаемый всеми нами адвокат Генрих Резник не постеснялся в своих выражениях по поводу юридических советников Путина – идиоты. Но я не буду подобным образом называть сотрудников СК России, ведь для того, чтобы писать подобные ответы, надо обладать изощренным умом и быть в полной уверенности в безнаказанности своих действий, в том числе со стороны Бастрыкина А. И.
История вторая:
17 июля 2013 года мной подано заявление в следственный отдел по г. Ступино ГСУ СК России по МО о возбуждении уголовного дела по факту исчезновения документа из материалов гражданского дела, которое было предоставлено в суд ответчиком в качестве доказательства.
Подача заявления как обычно сопровождалась преодолением нежелания сотрудников следственного отдела в принятии заявления в установленном порядке, с выдачей подтверждающего документа, которым является талон-уведомление – п. 15 Инструкции об организации приема, регистрации и проверки сообщений о преступлении в следственных органах (следственных подразделениях) системы Следственного комитета Российской Федерации, утверждена Приказом Следственного комитета Российской Федерации от 11 октября 2012 г. N 72 г. Москва «Об организации приема, регистрации и проверки сообщений о преступлении в следственных органах (следственных подразделениях) системы Следственного комитета Российской Федерации»
«Должностное лицо, принявшее в соответствии со своими полномочиями лично от заявителя письменное или устное заявление о преступлении, обязано выдать заявителю документ о принятии сообщения о преступлении с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия (часть четвертая статьи 144 УПК). Таким документом является талон-уведомление о принятии и регистрации заявления о преступлении с указанием времени, даты его принятия, регистрационного номера и данных о принявшем его лице, который выдается заявителю под роспись в талоне-корешке (приложение N 1)».
Далее мной подавались различного рода заявления, направленные на выявление дополнительных фактов фальсификации ответчиком доказательств по гражданскому делу, а также была подана вначале жалоба на бездействие следователя в порядке ст. 124 УПК РФ, а затем и жалоба на имя руководителя ГСУ СК России по Московской области генерал-майора юстиции Маркова Андрею Геннадьевичу, начало из которого я счел необходимым выложить отдельным текстом в статье
«Уважаемый Андрей Геннадьевич!
Вот читаю я в очередной раз очередной сайт очередного подразделения Следственного комитета России и, честно говоря, кроме красивых слов ничего не вижу.
«Полагаю, что оперативный взаимный обмен информацией приведет к достижению положительных результатов при раскрытии преступлений, розыску лиц, совершивших преступные деяния, пропавших без вести.
Приглашаю к взаимному сотрудничеству.
С уважением,
Руководитель Главного следственного управления».
Интересно кому и для чего Вами были написаны эти слова?
Вот фактическая работа Ваших подчиненных, направленная на оказание помощи преступникам в сокрытии преступлений и предоставления им возможности уйти от уголовной ответственности. Звучит и смешно и горько, т. к. фактически следственные органы являются составной частью преступного мира».
Ну и что бы Вы думали, произошло после этой жалобы? Да ничего. На сегодняшний день уголовное дело по указанному заявлению не возбуждено.
В соответствии со ст. 140 УПК РФ заявление о преступлении является поводом для возбуждения уголовного дела, а основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.
Заявление есть, а значит, есть и повод для возбуждения уголовного дела. А вот есть ли основание, т. е. наличие достаточных данных для возбуждения уголовного дела?
В качестве доказательства исчезновения документа из материалов гражданского дела, мной была представлена аудиозапись судебного заседания за 02.12.2011 года и возражения на подачу замечаний на протокол судебного заседания за 02.12.2011 года и определение судьи Ильиной О. И. об отклонении указанных замечаний в связи с пропуском срока на подачу замечаний на протокол судебного заседания.
Согласно аудиозаписи судебного заседания за 02.11.2011 года следует, что представитель ответчика передает прокурору и суду испрашиваемые документы, но в адрес истца копии соответствующих экземпляров документов не передаются, о чем истец делает соответствующие возражения. Затем прокурор зачитывает наличие конкретной вакантной должности(дело было о восстановлении на работе) в представленном документе (тарификационный список) и спрашивает ответчика о том, предлагалась ли эта должность истцу. Получив отрицательный ответ, прокурор говорит, ну вот Вам и основание для восстановления истца.
По окончании судебного заседания я, не «отходя от кассы», сдал заявление об ознакомлении с протоколом судебного заседания. Это было в пятницу. В понедельник, 5.12.2011 г., в первый рабочий день суда, я пытаюсь получить протокол судебного заседания для его ознакомления. Секретарь судебного заседания говорит, что он ещё не готов. Это мне она повторяет и во вторник и в среду. Никакого подвоха я не замечаю, т. к. в соответствии с ч. 3 ст. 230 ГПК РФ Протокол судебного заседания должен быть составлен и подписан не позднее чем через три дня после окончания судебного заседания.
8.12.2011 года (четверг) я знакомлюсь с протоколом судебного заседания, в котором я
обнаруживаю полное отсутствие указанного диалога, и 12.12.2011 года, в понедельник, подаю замечания на протокол судебного заседания.
Однако 13.12.2011 года председательствующим по делу судьей Ильиной О. И. выносится определение об отказе в приобщении замечаний на протокол судебного заседания в связи с пропуском срока на подачу замечаний, т. к. протокол был изготовлен и подписан судом 2.12.2011 года. По утверждению судьи последний срок для подачи заявления о принесении замечаний на протокол судебного заседания – 9.12.2011 года, пятница, и я его пропустил по своей вине.

Ст. следователь Толочко Александр Николаевич (мистика, воронежский следователь, который укрыл маньяка, то же Александр Николаевич) вначале пытается выставить ряд железобетонных аргументов:
Первый аргумент — судья отказалась давать показания, прикрывшись судейским иммунитетом, секретарь судьи ушла рожать (и судя по всему, она все ещё рожает), прокурор ушла в отпуск, причем он это повторял даже спустя два месяца со дня подачи заявления (а что, врать, так уж врать по полной). На настоящий момент времени от прокурора так и не получены объяснения. А объяснение этому всего одно — «Рука руку моет, а вор вора кроет».
Второй аргумент — документа, на который я ссылаюсь, нет в материалах дела. То ли до него не доходит суть моего заявления о том, что заявление о ВУД как раз и подано в связи с отсутствием указанного документа в материалах дела, то ли он действительно того, этого самого….
Третий аргумент — в материалах дела есть тарификационный список, в котором озвученная прокурором должность оказывается занятой. Можно было бы придумать версию с оговоркой прокурора, да только вся загвоздка оказалась в том, что сведения, содержащиеся в тарификационном списке, были озвучены прокурором в судебном заседании 2.12.2011 года, а тарификационный список, который появился в материалах дела, заверен подписью и печатью ответчика 26.01.2012 года. Поэтому, даже дураку понятно, что документ за 26 января 2012 года не мог никоим образом быть зачитан 2.12.2011 года, однако, чтобы это понять, сотруднику Следственного Комитета России понадобилась не одна неделя.
Далее я следователю показываю определение все той же судьи Ильиной О. И., в которой она сама пишет (что написано пером, то не вырубишь топором), что материалы дела были ею сформированы только 6.12.2011 года (вторник). Но и в этом случае, даже если предоставить мне материалы для ознакомления 6.12.2011 года, во вторник, то понедельник 12.12.2011 года будет являться пятым днем на подачу заявления в суд.
Лица, участвующие в деле, их представители вправе ознакомиться с протоколом и в течение пяти дней со дня его подписания подать в письменной форме замечания на протокол с указанием на допущенные в нем неточности и (или) на его неполноту.
Я надеюсь, что и в этом случае даже дураку должно быть понятно, что если протокол подписан судьей, но не выдается им же для ознакомления, то и срок на подачу замечаний на протокол судебного заседания не может начаться течь.
Все иные действия председательствующего, направленные на сокрытие части протокола судебного заседания, являются действиями, несовместимыми со статусом судьи, т. к. образуют состав преступления, и должны подлежать уголовному преследованию со стороны компетентных органов, а со стороны судейского сообщества (если у них есть какое-либо понятие судейской этики) должны быть приняты меры по лишению судьи Ильиной О. И. статуса судьи.
Далее, в ходе проведенной проверке были выявлены следующие систематические факты фальсификации ответчиком доказательств по гражданскому делу:
1. Ответчик не указал в предоставленном в суд штатном расписании и двух тарификационных списках порядка десяти должностей, полностью скрыл целый отдел, сославшись на то, что у них в учреждении несколько штатных расписаний(!?), скрытый отдел — это отдел, находящийся во внебюджетном штатном расписании. Данный документ подделан гл. бухгалтером Грибановой Светланой Станиславовной и директором учреждения Шарковым Сергеем Михайловичем.
2. Ответчик дополнительно исключил из представленного в суд штатного расписания и двух тарификационных списков вакантную должность плотника, а личную карточку работника, который был принят на должность плотника подделал, попросту переписал на новую должность, т. е. указанный работник изначально якобы был принят на другую должность. На стол следователя в качестве доказательства легли журналы инструктажей, в которых указанный работник значился как плотник(!?). Документы подделывали – гл. бухгалтер Грибанова С. С., директор Шарков С. М., специалист по кадрам Иванова Светлана Анатольевна.
3. В подложном тарификационном списке, изготовленном и заверенном 26.01.2012 года, оказалось две фальсификации — две должности, которые оказались занятыми, на самом деле были свободны.
· По первой должности удалось установить, что работник на эту должность был назначен приказом 26.09.2011 года, поэтому 12.09.2011 года он находился на другой должности и эту должность не мог занимать.
· По второй должности – у назначенного лица не оказалось документов для её занятия (соответствующее обучение, внесение в списки уполномоченных лиц по г. Москве, допуск к работе с ЕАИСТ и наличие ЭЦП), приказ о назначении на должность не соответствует предъявляемому образцу приказа о назначении работника на данную должность, Документы подделывали – гл. бухгалтер Грибанова С. С., директор Шарков С. С., специалист по кадрам Иванова С. А.
Все вышеуказанные лица, за исключением директора Шаркова С. М., с которым не стали заключать договор на новый срок, продолжают занимать свои должности. Гл. бухгалтер Грибанова С. С. и специалист по кадрам Иванова С. А. уже были уличены судом в подделке документов, с корыстной целью избавится от нежелательного для них работника, кроме того, следователю был предоставлен ещё один подложный документ, в подделке которого принимала участие специалист по кадрам Иванова С. А., и который был предоставлен по другому делу, в отношении другого работника, который служил доказательством к увольнению работника.
Потери бюджета города Москвы в результате преступной деятельности указанных лиц на тот период времени (лето 2011 года) составили более 1 млн. 300 тысяч рублей.
НО РУКОВОДИТЕЛЬ ДЕПАРТАМЕНТА СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ НАСЕЛЕНИЯ ГОРОДА МОСКВЫ ПЕТРОСЯН ВЛАДИМИР АРШАКОВИЧ, ПРИ ОТКРОВЕННОМ ПОКРЫВАТЕЛЬСТВЕ СО СТОРОНЫ МЭРА ГОРОДА МОСКВЫ СОБЯНИНА СЕРГЕЯ СЕМЁНОВИЧА, НЕ ТОЛЬКО НЕ СТАЛ ВЗЫСКИВАТЬ УЩЕРБ С ВИНОВНЫХ ЛИЦ, НО И ОСТАВИЛ ИХ НА СВОИХ МЕСТАХ.
Как известно безнаказанность порождает и плодит преступность.
На все мои письма в адрес руководителя ДСЗН города Москвы Петросяна В. А. и мэра города Москвы Собянина С. С. приходили постоянные отписки о том, что проведены неоднократные плановые и внеплановые проверки, как ДСЗН г. Москвы, так и Правительством Москвы, но факты, изложенные мной, каждый раз не находили своего подтверждения, разве что, за исключением мелких, незначительных фактов. Не находили они хищений, не находили издевательств над инвалидами по зрению в ГБУ «Пансионат для инвалидов по зрению» города Москвы, несмотря на опубликованные мной доказательства в двух статьях – и , причем смерть инвалида бабушки так и осталась безнаказанной (ни бывший директор, ни его заместитель по безопасности Лапшин А. А., так и не понесли никакого наказания (причем запятнанный в преступной деятельности зам. по безопасности Лапшин А. А. продолжает обеспечивать безопасность инвалидов в государственном учреждении социальной защиты по сей день), не находили они фактов подделки документов. А как можно что – либо обнаружить, если «рука руку моет, а вор вора кроет».
Хотелось бы, чтобы господа Петросян В. А. и Собянин С. С ответили москвичам на простой вопрос: «Почему ущерб от преступных действий должностных лиц государственного учреждения социальной направленности возмещается за счет денежных средств москвичей?»
Нас президент Путин В. В. уверяет в том, что мэр Москвы Собянин С. С. достойный человек и чиновник. Мэр Москвы Собянин С. С. уверяет нас в том, что руководитель ДСЗН города Москвы Петросян В. А хороший человек и чиновник. Руководитель ДСЗН города Москвы Петросян В. А. в свою очередь уверяет нас в том, что директор Шарков С. М., гл. бухгалтер Грибанова С. С. и специалист по кадрам Иванова С. А., а также зам. директора по безопасности Лапшин А. А., который заведомо ложно обвинил в совершении преступления зам. директора по общим вопросам Коробова Е. А. – хорошие люди и работники, причем уверяет, несмотря на предоставленные неопровержимые доказательств их преступной деятельности.
Что же в итоге мы получаем.
Президент России Путин В. В. доверяет Мэру Собянину С. С., доверяет потому что он ЕГО ЧЕЛОВЕК.
Мэр Собянин С. С. доверяет руководителю Департамента социальной защиты населения города Москвы Петросяну В. А., доверяет, потому что ОН ЧЕЛОВЕК СИСТЕМЫ.
Руководитель Департамента социальной защиты населения города Москвы Петросян В. А. доверял и доверяет бывшему директору Шаркову С. М., который два года издевался над инвалидами по зрению, зам. директору по безопасности Лапшину А. А., по вине которого также происходили все преступления и издевательства над инвалидами в указанном пансионате, гл. бухгалтер Грибанова С. С. и специалист по кадрам Иванова С. А., которые штампуют по счету раз подложные документы по обвинению работников в прогуле, кражах и т.д., доверял и доверяет, потому что это люди его «вотчины», и только «хозяин» решает, наказывать ему своих «подданных» или нет.
Президента России устраивает такой градоначальник, действия которого накладывают нехорошую тень на самого президента.
Президента России устраивает такой руководитель СК России Бастрыкин А. И., которого устраивают его подчиненные – руководители ГСУ СК России по Воронежской и Московской областей, которые укрывают откровенно преступную деятельность своих подчиненных, которые в свою очередь укрывают чью-то преступную деятельность.
Я уже как-то сказал, что в России надо не столь бояться преступников, от преступников есть шанс защититься, а надо бояться сотрудников правоохранительных органов, ибо от них нет никакого спасения.
26 ноября 2013 года в программе Андрея Караулова «Момент истины» была озвучена интересная статистика, которая касалась коррупционной составляющей в России. Так владельцами иномарок представительского класса являются:
80 % — сотрудники правоохранительных органов?!
10 % — чиновники.
Остальные 10% — олигархи, бизнесмены, преступники и все остальные, кому удалось «отщипнуть» себе кусочек богатства.
Возможно, даже более чем вероятно, что после очередного укрывательства преступлений Следственным комитетом России процентное содержание владельцев эксклюзивных иномарок в первых двух категориях может сильно повыситься.

К сожалению, далеко не каждое преступление удается раскрыть сразу же, а это значит, что часто преступник, совершающий противоправное деяние, на протяжении долгого периода времени остается безнаказанным.

И в течение этого периода он может совершать другие нарушения. Одной из причин такого положения дел является возможность укрывательства преступлений третьими лицами.

Это определенная деятельность людей, которые не принимали непосредственного участия в преступлении, но скрывали важные факты, позволяющие раскрыть его по горячим следам, осложняя тем самым работу следственных органов.

Что такое организованное преступное сообщество? Узнайте об этом из нашей статьи.

Особенности и отличия

В чем отличие от соучастия и пособничества?

Утаивание информации является опосредованным правонарушением, то есть, лицо вроде бы не совершает прямых нарушений, направленных против интересов потерпевшего, но препятствует их своевременному раскрытию.

А значит, его деятельность также является противозаконной. Однако, сокрытие необходимо дифференцировать с другими видами опосредованных нарушений, например, с пособничеством.

Пособничество представляет собой данное заранее обещание скрыть местонахождение преступника, вещественные доказательства или иные важные факты по делу.

Укрывательство же не предусматривает предварительной договоренности.

Также важно отличать укрывательство от соучастия.

Соучастие предполагает совершение лицом прямых действий, направленных на причинение вреда потерпевшему.

При сокрытии правонарушения такие непосредственные действия отсутствуют.

Отличия между данными понятиями заключаются и в их квалификации и степени ответственности. Так, соучастие и пособничество являются противоправными и уголовно-наказуемыми деяниями в любом случае, вне зависимости от тяжести совершенного преступления.

Укрывательство признается нарушением только при условии, что преступлению присвоена особая степень тяжести. Только в этом случае сокрытие влечет за собой применение санкций.

Скрытие информации сотрудниками полиции и должностными лицами

В законодательстве имеются большие пробелы в части определения понятия и назначения наказания за подобную деятельность.

Так, если утаивание улик или иных важных фактов, касающихся правонарушений легкой и средней степени тяжести, совершенное сотрудниками правоохранительных органов или иными должностными лицами, не влечет применения к ним мер ответственности.

Единственное, что можно сделать в этом случае, это подать жалобу на сотрудника в вышестоящие инстанции.

К ответственности должностное лицо можно привлечь только в 2 случаях:

  1. Если имела место предварительная договоренность на сокрытие правонарушения либо важной информации по делу.
  2. Если было совершено особо тяжкое противоправное деяние (вне зависимости от наличия предварительного обещания).

Если же имеют место менее тяжкие правонарушения, утаивание информации по ним квалифицируется по другим статьям уголовного законодательства. Это, например, превышение служебных полномочий и злоупотребление ими, подлог, подделка документов.

В этом случае подобные действия рассматриваются как уголовно-наказуемые деяния, имеющие свой состав.

Объектом в этом случае выступает деятельность правоохранительных органов в сфере борьбы с преступлениями, а также права и интересы потерпевшего, которые были нарушены.

Предмет нарушения может быть различным. Это:

  • заявления граждан, содержащие сведения о факте совершения правонарушения;
  • материалы о совершенном противоправном деянии, полученные в ходе следствия;
  • другие документы, относящиеся к следствию по делу.

Законодательное регулирование

Такое понятие как утаивание преступления, либо важных обстоятельств, имеющих к нему отношение, рассматривается в ст. 316 УК РФ.

В этом документе нет четкого определения подобного нарушения, однако, описаны его особенности.

В частности, имеется информация о том, когда действия третьего лица принято считать укрывательством, какой состав имеет это правонарушение, какие меры ответственности влечет за собой их совершение.

Что касается состава, здесь определены объективная и субъективная стороны. Объектом признаются общественные отношения, которые складываются в процессе изобличения преступника.

Объективная составляющая — действия, направленные на сокрытие поступков особой тяжести, вещественных доказательств, и иных важных моментов, касающихся подобного деяния.

Субъект — лицо, достигшее возраста 16 лет, без признаков тяжелых психических заболеваний, совершающее действия по сокрытию правонарушения.

Субъективная сторона всегда предполагает наличие прямого умысла, то есть, лицо, совершающее данные действия, осознает степень их вреда и последствия.

Статья 316 УК РФ — Укрывательство преступлений

Конкретно ст. 316 УК РФ предусматривает укрывательство преступлений в различных формах, проявления, а также степени участия. Главным фактором тут является, что никакой предварительной договоренности между человеком и исполнителем не было. Лицо, обвиняемое по этой статье, чаще всего случайный свидетель.

Еще одним существенным моментом является сокрытие особо тяжкого преступления. Однако, главным, для отличия этого правового нарушения от смежных деяний является то, что действия должны происходить без предварительных договоренностей до осуществления нарушения уголовного законодательства.

Скачать для просмотра и печати:

Статья 316 УК РФ от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 19.02.2018)

Состав деяния

Основными составляющими любого преступления являются 4 фактора: объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона.

Рассматриваемая норма уголовного закона по каждому из факторов имеет свои характеристики, которые отличают ее от других деяний.

Объект

Под объектом недонесение о преступлении согласно УК РФ, статья 316 понимает те взаимоотношения, которые возникают уже после, во время расследования.

Сокрытие, равно как участие в нем является прямым препятствием к скорому, полноценному, достоверному разбирательству для правоохранительных органов. Здесь объектом выступают общественные отношения во время расследования.

Объективная сторона

Сами действия, которые совершает лицо, направлены на достижение следующих целей:

  • Укрывательство самого факта совершенного уголовно-наказуемого поступка;
  • Сокрытие лица, виновного в особо тяжком проступке;
  • Сокрытие и уничтожение орудий и дополнительных приспособлений имеющих прямое отношение к совершенному уголовному нарушению;
  • Избавление от следов;
  • Поджог или уничтожение места, где было совершено тяжкое деяние;
  • Осуществление перевозки или продажи вещей со следами или похищенных во время тяжкого проступка;
  • Предоставление квалифицированной помощи по методикам или способам раскрытия преступлений (относится к должностным лицам или людям с юридическим образованием);
  • Предоставление следственным органам ложных сведений или показаний.

Субъект

Рассматриваемая норма предполагает, что субъектом может являться любой человек, который достиг возраста наступления уголовной ответственности — 16 лет. Сама правовая норма предусматривает исключение, в отношении супруга или близкого родственника исполнителя основного преступления. Они не могут привлекаться к ответственности по статье 316 УК РФ.

Когда укрывательство было совершено должностным лицом, который применил свое служебное положение или полномочия, к ст. 316, по совокупности могут быть применены еще и положения ст. 285 и 286 УК: злоупотребление должностными полномочиями и превышение должностных полномочий.

Скачать для просмотра и печати:

Статья 285 УК РФ от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 19.02.2018)

Статья 286 УК РФ от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 19.02.2018)

Субъективная сторона

Здесь, субъективной стороной может выступать только прямой умысел. Ни о каком косвенном намерении и речи не идет. Человек, ставший исполнителем действий скрывающих преступление должен изначально знать, как о первоначально совершенном деянии, так и о последствиях собственных действий по сокрытию виновника. То есть, лицо должно понимать, что своими поступками оно помогает виновному, избежать законного наказания.

Мотив, побудивший человека принять участие, в таких мероприятиях никак не повлияет на квалификацию его действий. При этом, побудившая на такое мотивация может повлиять на наказание, которое назначит суд.

Правовая характеристика преступления

Недонесение о совершенном преступлении согласно УК РФ будет завершенным в тот момент, когда будет осуществлено хотя бы одно действие по сокрытию факта произошедшего деяния исполнителем. Даже если ожидаемый результат не наступит, а следственные органы раскроют уголовное правонарушение, включая второстепенный замысел, квалификация поступков постороннего участника произойдет согласно 316 норме УК.

Законодательством, для этой нормы не определен временной период, на протяжении которого могут быть проведены действия по укрывательству. Без дополнительных юридических разъяснений предполагается, что такое возможно на протяжении всего срока давности со дня осуществления особо тяжкого деяния.

Особенности

Уголовно правовая норма об укрывательстве может применяться только к особо тяжким преступлениям.

Следователь не может применить такую статью к деяниям средней тяжести. Здесь максимум, что допустимо это лжесвидетельствование. Следственным органам следует помнить: фактическое сокрытие прекращается в момент, когда государственным органам стало известно о совершенном преступлении или же когда ими установлена личность виновного.

Прежде чем вменять человеку сокрытие, необходимо убедиться, что в момент совершения действий, препятствующих расследованию, он полностью осознавал последствия. Укрывательство допустимо исключительно при прямом умысле лица создать препятствие, скрыть факт или самого виновника преступления.

Предусмотренное наказание

За укрывательство преступника согласно нормам УК РФ предусматривается несколько видов наказания:

  1. Штраф до 200 000 рублей;
  2. Штраф в размере ЗП или иного дохода виновного лица за период до 18 месяцев;
  3. Принудительные работы сроком не более 2 лет;
  4. Арест, максимум на 6 месяцев;
  5. Лишение свободы не больше 2 лет.

Обратите внимание! За укрывательство совершенного противоправного деяния предусмотрена уголовная, а также административная ответственность по ст. 17.8 и 17.9 КоАП РФ.

Правовой комментарий к статье

Действующие юристы обращают внимание, что по этой правовой норме не могут квалифицироваться действия человека, который непосредственно принимал участие в совершении тяжкого деяния.

Как пример: Петров С. и Судонов К. совершили убийство. В причинении тяжких повреждений направленных на смерть лица участвовали оба. Судонов К. после совершения преступных действий предпринял меры к сокрытию следов. К Судонову К. не могут применить норму ст. 316 УК, ведь он не просто является укрывателем преступного деяния, но и его непосредственным исполнителем.

Особое внимание обращено на то, что помощь в сокрытии, со стороны других лиц может проявляться не только в физических действиях или материальных вещах, но и интеллектуальных познаниях.

В Ленинском районном суде г. Иркутска рассматривалось уголовное дело по обвинению И.С. в совершении преступления по ст. 316 УК РФ. В ходе рассмотрения, судом было установлено, что И.С. находясь в квартире знал о совершенном Н.Н. убийстве гражданина А.Б. С целью помощи избежания Н.Н. уголовной ответственности И.С. принял активные действия совместно с Н.Н. по укрывательству совершенного особо тяжкого проступка без предварительного сговора. Непосредственно И.С. помог вымыть пол квартиры от следов крови, вынес на мусорку тряпку с кровью. Также оказал физическую помощь в выносе трупа А.Б. из квартиры и его погрузке в автомобиль «УАЗ», принадлежащий осужденному Н.Н.

Позже у И.С. была возможность сообщить правоохранительным органам о произошедшем убийстве и личности виновного лица, но он этого не сделал. В судебном заседании подсудимый И.С. вину признал полностью. Кроме того, вина И.С. доказана показаниями свидетелей и собранными материалами.

Суд признал И.С. виновным в совершении преступления по ст. 316 УК РФ и приговорил его к лишению свободы сроком на 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Связь статьи 316 УК РФ с уголовными деяниями

Состав и правовая характеристика преступления очень похожи с такими деяниями как соучастие и пособничество.

Различие здесь состоит во временном периоде. И соучастие, и пособничество предполагают договорные отношения между преступниками, которые возникли ДО осуществления тяжкого деяния.

В случае с укрывательством ситуация другая. Действия по сокрытию производились уже после того, как преступление осуществлено без предварительных договоренностей. Здесь отсутствует взаимная обусловленность между умыслом исполнителя основного деяния и участием стороннего лица.

К этой же норме могут применяться смежные статьи: 174 — отмывание денежных средств, 175 — сбыт или покупка имущества полученного преступным путем.

Скачать для просмотра и печати:

Заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений —
наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Примечание. Лицо не подлежит уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство преступления, совершенного его супругом или близким родственником.

Другой комментарий к статье 316 Уголовного Кодекса РФ

1. Данная статья предусматривает одну из форм прикосновенности к преступлению, которая выражается в заранее не обещанном укрывательстве особо тяжких преступлений. От пособничества это преступление отличается тем, что оно заранее не было обещано.

2. Непосредственным объектом преступления являются интересы правосудия, состоящие в обеспечении неотвратимости ответственности и наказания лиц, совершивших преступления. Предметом преступления могут быть орудия и средства совершения преступления; следы преступления; предметы, добытые преступным путем, и др.

3. Объективная сторона состава преступления состоит из действий по укрывательству хотя бы одного преступления, отнесенного законодателем в соответствии со ст. 15 УК к категории особо тяжких. Под укрывательством преступлений следует понимать заранее не обещанное сокрытие преступника, орудий или средств совершения преступления, следов преступления либо предметов, добытых преступным путем.

Укрывательство преступника состоит, например, в предоставлении ему помещения (убежища) для укрытия, транспортных средств, фальшивых документов, в изменении внешнего вида преступника и т.п. Под укрывательством средств или орудий совершения преступления понимаются их хранение в специальных местах (тайниках, хранилищах), уничтожение, изменение, продажа средств или орудий преступлений и т.п. Укрывательство следов преступления может выражаться в уничтожении одежды со следами крови, предметов с отпечатками пальцев и т.п.

4. Укрывательство преступления может быть признано соучастием тогда, когда исполнитель в силу, например, систематического совершения преступлений заранее рассчитывал на подобное содействие.

5. Укрывательство — это всегда активное поведение виновного лица (действия).

6. Состав рассматриваемого преступления — формальный. Преступление считается оконченным с момента совершения соответствующих активных действий по укрывательству преступлений.

7. Субъект преступления — вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

8. Субъективная сторона состава преступления характеризуется виной в форме прямого умысла.

9. Согласно примечанию к ст. 316 УК не подлежат уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений супруг и близкие родственники лица, совершившего преступление. К близким родственникам ст. 5 УПК РФ относит родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и сестер, дедушек, бабушек и внуков.

1. Объективная сторона преступления состоит в укрывательстве одного или нескольких преступлений, отнесенных законодателем к числу особо тяжких (ст. 15 УК). Укрывательство совершается только путем действий и представляет собой сокрытие преступника, средств или орудий совершения преступления, следов преступления либо предметов, добытых преступным путем, а равно приобретение и сбыт таких предметов.

Укрывательство преступника — это сокрытие лица, совершившего преступление (предоставление убежища или транспортного средства, изменение его внешнего вида, снабжение подложным или чужим паспортом).

Под укрывательством средств или орудий совершения преступления понимается либо их сокрытие (перенос в другое место, припрятывание и т.п.), либо их уничтожение или изменение внешнего вида.

Сокрытие следов преступления означает их уничтожение (например, замывание крови на месте преступления, ремонт автомобиля после наезда). В целях укрывательства преступления предметы, добытые преступным путем, могут быть либо сокрыты, либо реализованы.

2. Ответственность по комментируемой статье наступает лишь в случае физического укрывательства преступления. Так называемое интеллектуальное сокрытие не включается в состав данного преступления.

3. Преступление считается оконченным с момента совершения соответствующих действий укрывателя.

4. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом.

5. В законе говорится о заранее не обещанном укрывательстве. Следовательно, умысел на сокрытие преступления возникает после его совершения. Если же укрывательство преступника, средств или орудий совершения преступления, следов преступления либо предметов, заведомо добытых преступным путем, а также приобретение или сбыт таких предметов было обещано заранее, т.е. до или во время совершения преступления, то оно согласно ст. 33 УК образует соучастие в преступлении и признается видом пособничества.

Укрывательство преступления, а также приобретение или сбыт предметов, добытых заведомо преступным путем, могут быть признаны соучастием и тогда, когда исполнитель по другим причинам, например в силу систематического их совершения, заранее, т.е. до начала преступления, рассчитывал на подобное содействие.

6. Субъект — лицо, достигшее возраста 16 лет.

7. Согласно примечанию к статье лицо не подлежит уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство преступления, совершенного его супругом или близким родственником (родителями, детьми, усыновителями, усыновленными, родными братьями и сестрами, дедушкой, бабушкой, внуками).

Статья 316 УК РФ — укрывательство преступлений. Субъект данного преступления является общим, если только лицо не является супругом или близким родственником виновного, что прямо предусмотрено примечанием к статье 316 УК РФ. Из этого следует, что адвокат, выступающий в качестве защитника подозреваемого, обвиняемого, может быть привлечен к ответственности за заранее не обещанное укрывательство, в том числе и своего подзащитного. Законодательство не предусматривает каких-либо ограничений в этом отношении. Именно поэтому Уголовно — процессуальный кодекс (ст. 53, ч. 1, п. 11), Закон об адвокатуре (ст. 6, п. 3, пп. 7) запрещает использовать для профессиональной защиты действия, противоречащие законодательству.

Заранее не обещанное укрывательство следует отличать от укрывательства, являющегося соучастием в преступлении. Если обещание скрыть преступника, добытые им в результате преступления ценности и имущество, орудия и средства совершения и т.д. было дано до совершения лицом общественно опасного деяния, то укрывательские действия могут рассматриваться как пособничество в совершении преступления (п. 5 ст. 33 УК РФ). Вновь отметим, что в типичных средствах и методах «вовлеченных» адвокатов очень часто просматривается именно соучастие в преступлении, то есть заранее обещанное укрывательство подготавливаемого посягательства.
Весьма непростым на практике является вопрос о разграничении укрывательства преступлений от правомерной деятельности адвоката по защите своего клиента. Каждый защитник вправе использовать любые не противоречащие законодательству средства и способы защиты подозреваемого и обвиняемого.
То есть нет и не может быть определенного перечня конкретных средств, приемов и методов защиты. Пределами правомерной деятельности, «красными флажками», линию которых не вправе преступать ни один защитник, помимо норм профессиональной этики, является деятельность, прямо запрещенная нормативными актами законодательства. К числу таких актов относятся: Уголовно — процессуальный кодекс, Кодекс об административных правонарушениях, Закон об адвокатуре, Кодекс профессиональной этики, который должен быть принят в скором времени, и др.
Важнейшим нормативно — правовым актом, определяющим «красную черту» между законной и незаконной, точнее преступной, защитительной деятельностью, является Уголовный кодекс РФ. Нормы Особенной части УК РФ с большей или меньшей степенью определенности описывают признаки преступных деяний. Признаки укрывательства особо тяжких преступлений он практически никак не описывает. Вернее, речь идет об обобщенном составе преступления, где признак объективной стороны (укрывательство) описан в наиболее абстрактной, обобщенной, неконкретизированной форме .
———————————
См.: Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. С. 97 — 117.
Крайне сложно сформулировать какие-либо правила, общие подходы к толкованию, квалификации тех или иных деяний, когда отсутствует не только легальное и судебное толкование, но и правоприменительная практика по фактам совершения адвокатами укрывательства особо тяжких преступлений.
Однако важность разграничения трех, если можно так выразиться, видов укрывательства: преступного (ст. 316 УК РФ), запрещенного профессиональной этикой и правомерного (законные средства и методы защиты) — более чем очевидна. Поясним это на примере.
По одному из уголовных дел по обвинению Р. в совершении серийных убийств его защитник в конфиденциальной беседе узнал, что его подзащитный убил не трех человек, а четырех. Данных о причастности Р. к убийству четвертого у следствия не было. Это дело было приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (ст. 208, ч. 1, п. 1 УПК РФ). Защитник предпринял в связи с этим следующие действия:
1. В беседе прямо посоветовал подзащитному не признаваться в «четвертом» убийстве, несмотря на сомнения виновного и угрызения совести.
2. Брата подзащитного, который был очевидцем (но не соучастником) убийства, он заставил уехать на три месяца с тем, чтобы затруднить вызов его на допрос в качестве свидетеля.
3. Узнав о том, что в сарае дома брата лежит топор — орудие убийства, адвокат дал указание родственникам подзащитного уничтожить это вещественное доказательство.
4. Заранее предупредил родственников о том, когда, в каких помещениях следствием могут быть проведены обыски, что преимущественно могут искать следователь и оперуполномоченные и примерно что следует спрятать от них (письма, записки, любое оружие и боеприпасы, наркотические средства (если есть) и т.д.). То есть предложил родственникам самим сделать у себя «обыск», чтобы заранее спрятать и уничтожить то, что может быть как-либо использовано против подзащитного и их самих. В результате родственники нашли в собственном доме марихуану, о которой они не знали, но сразу же ее уничтожили (подзащитный скрывал от них, что употреблял наркотики). Были также спрятаны два самодельных ножа.
5. Запретил своему подзащитному разговаривать со следователем в его отсутствие (защитника), опасаясь, что Р. в порыве раскаяния расскажет о четвертом убийстве.
Необходимо подчеркнуть, что все перечисленные действия являются нарушениями адвокатской этики. Адвокат не вправе диктовать своему подзащитному, какие показания ему давать, какие выгоднее (п. 1), тем более если это заведомо для обоих ложные показания. Он не вправе, как и любой гражданин, совершать действия, направленные на сокрытие преступлений. В п. 3 он совершает действия, направленные на сокрытие орудия преступления. В п. 2, 5 и 1 он принимает меры к сокрытию доказательств обвинения — показаний свидетеля и показаний обвиняемого. В п. 4 защитник совершает действия, имеющие неопределенный, неконкретизированный умысел на сокрытие каких-либо следов преступления, если они есть в определенном месте. Наиболее непротиворечивым представляется вывод о наличии состава анализируемого преступления в п. 3 действий адвоката. В действиях, перечисленных в п. 4, укрывательства особо тяжкого преступления не будет, поскольку приобретение и хранение наркотического средства без цели сбыта в некрупных размерах (ст. 228, ч. 1 УК РФ) является преступлением средней тяжести. Хранение холодного оружия (ст. 222, ч. 4 УК РФ) — преступление небольшой тяжести.
В отношении остальных действий защитника правовая оценка представляет определенную сложность и зависит от обстоятельств конкретного дела. Например, все или некоторые из перечисленных действий при необходимых условиях можно квалифицировать как охваченное единым длящимся умыслом укрывательство особо тяжкого преступления (убийства — соответствующая часть и пункты статьи 105 УК РФ).
В любом случае необходимо учитывать, что преступное укрывательство будет иметь место только в том случае, если:
— защитник осознавал, что совершает действия, направленные на сокрытие преступления, преступника, следов совершения и т.д., которое еще не выявлено, не раскрыто правоохранительными органами либо раскрыто не полностью, не установлены важные обстоятельства, входящие в предмет доказывания (ст. 73 УПК РФ);
— защитник осознавал, что своими действиями он укрывает преступление, которое при уголовно — правовой квалификации подпадает под признаки особо тяжкого (ст. 15, ч. 5 УК РФ), и желал совершить эти действия;
— его действия имели явно, в том числе и для него самого, незаконный характер, то есть совершались вопреки требованиям уголовно — процессуального закона, Закона об адвокатуре, Кодекса профессиональной этики, сами по себе являются преступлением, административным правонарушением и т.д.;
— его действия причинили или могли причинить существенный вред охраняемым законом интересам правосудия, иным объектам уголовно — правовой охраны.
Не следует также путать заранее не обещанное укрывательство преступления с соучастием в нем. «Цена вопроса» весьма высока, поскольку, во-первых, преступным признается укрывательство только особо тяжких преступлений, а соучастие возможно в преступлении любой тяжести. Во-вторых, за преступное укрывательство максимальное наказание предусмотрено до 2 лет лишения свободы (преступление небольшой тяжести), а за соучастие в преступлении применяется санкция соответствующей статьи Особенной части УК РФ, которая может предусматривать и значительно более строгое наказание.
Так, недопустимо слишком широкое толкование пределов ответственности «вовлеченного» адвоката в вопросах его соучастия в преступлении. Например, если адвокат помог преступнику уйти от ответственности с использованием незаконных методов, сокрыл средства и орудия совершения преступления, уничтожил его следы и т.д., но сделал это после совершения виновным посягательства и при этом заранее не обещал сделать это, его действия, будучи несомненно грубейшим нарушением этики, тем не менее не могут быть квалифицированы как соучастие в преступлении. А преступным укрывательством действия адвоката могут быть признаны только в том случае, если сокрытое преступление было особо тяжким.
* * *
На этом заканчиваем уголовно — правовую характеристику преступлений адвокатов, подпадающих под признаки преступлений против правосудия (глава 31 УК РФ). Как уже было отмечено, это наиболее многочисленная и распространенная группа «основных» адвокатских преступлений. Поскольку адвокат, исполняя функции защитника в уголовном судопроизводстве, прежде всего участвует в общественных отношениях в сфере правосудия, этим отношениям чаще всего причиняют вред незаконные действия недобросовестного защитника. Но не только интересам правосудия типичные адвокатские преступления наносят ущерб. Характеристика основных и дополнительных объектов анализируемых преступлений наглядно показывает, что есть и другие охраняемые законом общественные отношения, которым они причиняют вред. Об этом — в следующих главах книги.
2.2. Преступления адвокатов против порядка управления (глава 32 УК РФ)
Одними из самых распространенных преступлений адвокатов являются посягательства, подпадающие при уголовно — правовой квалификации под признаки преступлений, предусмотренных главой 32 УК РФ, — преступления против порядка управления.
В рамках исследования отмечено, что из преступлений, предусмотренных данной главой УК РФ, недобросовестными адвокатами чаще всего совершаются общественно опасные посягательства, подпадающие под признаки следующих составов:
1. Оскорбление представителя власти (ст. 319 УК РФ).
2. Приобретение или сбыт официальных документов и государственных наград (ст. 324 УК РФ).
3. Похищение или повреждение документов, штампов, печатей и др. (ст. 325 УК РФ).
4. Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков (ст. 327 УК РФ) .
———————————
В литературе преступления, предусмотренные тремя последними статьями УК, принято называть посягательствами на порядок обращения официальных документов и государственных наград.
5. Самоуправство (ст. 330 УК РФ).

Следующая статья «
К тексту закона «

Сокрытие преступления сотрудниками полиции

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *