Транзитная компания

Признаки «транзитной» компании

Костюченко Наталья.

При оптимизации налогообложения, заемщики часто пользуются услугами так называемых «транзитных» компаний, в результате чего, результат от анализа финансовой деятельности заемщика не дает банку реальную картину…

При оптимизации налогообложения, заемщики часто пользуются услугами так называемых «транзитных» компаний, в результате чего, результат от анализа финансовой деятельности заемщика не дает банку реальную картину его финансового положения. В данной статье рассматриваются признаки «транзитных» компаний и схема «оптимизации» налогооблагаемой базы, с целью определения реального финансового состояния заемщика.

Функции «транзитной» компании

«Транзитные» компании (Далее – ТРК) используются в следующих целях:

• Искусственное «наращивание» оборотов заемщика.

Некоторые заемщики понимают, что одно из условий предоставления кредита – это наличие выручки годовой примерно в 2 раза превышающей сумму кредита. Но так как не все компании имеют необходимый оборот, они обращаются к услугам ТКР, которая выступает в роли фиктивного покупателя/контрагента. Данная услуга стоит примерно 0,2% от оборота.

• «Вывод» наличных денег

При оптимизации налогообложения, у заемщика остается прибыль, которую он «выводит» из компании пользуясь услугами ТКР. Заключается фиктивный договор поставки/выполнение услуг, подписывается акт-приемки передачи и направляются денежные средства на ТРК. ТРК в свою очередь обналичивает денежные средства путем: использования карт физических лиц, через валютные операции, путем покупки «кэша» у розничных сетей и т.д. Данная услуга стоит от 3,5 до 7% от суммы запроса.

• «Оптимизация» налогообложения

Рассмотрим схему на следующем примере:
Компания-заемщик занимается строительно-монтажными работами. За 2013 год выручка составила 100 млн.руб. (обороты дебита сч. 62 счета за минусом НДС). Реальная себестоимость составила 70 млн.руб. ФОТ административного персонала минималке составиляет в мес. 100 т.р. (10 чел), налоги в мес. с ФОТ — 43 т.р. (в т.ч. 13% ндфл), налоги в год – 516 т.р. Налог на прибыль 20%. НДС – 18%. Посчитаем ее реальную рентабельность при уплате всех налогов:

В целях оптимизации налогообложения заемщик заключает с ТКР субподрядный договор на 25 м.р. в год. Подписывает акт приемки-передачи и отражает расходы в себестоимости. В результате чего получается следующая картина:

Увидеть данную операцию можно в кредитовых оборотах счета 60.1. При этом , оплата будет «зависшая», так как по документам работы выполнены но не оплачены. Как раз это и есть первый признак того,что операциия «фиктивная». Данная сумма может висеть от 2 кварталов до 3 лет, пока бухгалтер ее не спишет или не перебросит в векселя на 76, которые будут бесконечно висеть на балансе. «Продвинутые» бухгалтера «прогоняют» деньги и закрывают «висящие» кредиторские задолженности, чтобы было меньше вопросов как со стороны банка, так и ФНС.

Признаки ТРК

Итак, перейдем к признакам ТРК, что бы понять «дутая» выручка у заемщика или нет, его реальную рентабельность и в целях того, чтобы случайно не прокредитовать саму ТРК

  • Учредитель и генеральный директор ТРК в одном лице
  • Учредитель/генеральный директор является еще в других компаниях учредителем/генеральным директором
  • У ТРК нет кредитной истории
  • Срок деятельности ТРК менее 3 лет
  • Может наблюдаться частая смена директора
  • В штатном расписании отсутствует бухгалтер
  • В договоре, заключенном с ТРК не будет стационарного телефона (да и офиса в принципе тоже)
  • Проводка с ТРК у заемщика будет «зависшей» — без оплаты
  • Контракт с ТРК будет «рамочный» — без суммы, подробных сроков, графиков
  • У учредителя/директора ТРК с большой вероятностью будет испорченная кредитная история , проблемы по безопастности или он будет являться нерезидентом РФ.

Вот в принципе и все. Желаю Вам быть более бдительными при кредитовании заемщиков с признаками ТРК!

Банком России приведены признаки транзитных операций, которые могут быть направлены на легализацию (отмывание) доходов, полученных преступным путем

<Письмо> Банка России от 31.12.2014 N 236-Т «О повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов»

Сообщается, что транзитные операции могут характеризоваться совокупностью (одновременным наличием) следующих признаков:

зачисление денежных средств на счет клиента от большого количества других резидентов со счетов, открытых в российских банках, с последующим их списанием;

списание денежных средств со счета производится в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления;

проводятся регулярно (как правило, ежедневно);

проводятся в течение длительного периода времени (как правило, не менее трех месяцев);

деятельность клиента, в рамках которой производятся зачисления денежных средств на счет и списания денежных средств со счета, не создает у его владельца обязательств по уплате налогов либо налоговая нагрузка является минимальной;

с используемого для указанных операций счета уплата налогов или других обязательных платежей в бюджетную систему РФ не осуществляется или осуществляется в незначительных размерах, не сопоставимых с масштабом деятельности владельца счета.

В документе приводятся рекомендации кредитным организациям в случае выявления в деятельности клиентов операций, соответствующих указанным признакам.

Аналитика Публикации

Позиция суда

Первая и апелляционная инстанции пришли к выводу, что налогоплательщик необоснованно учел в расходах по налогу на прибыль затраты на выплату иностранной компании роялти за право пользования ноу-хау. Информация, являющаяся предметом лицензионного соглашения, не имеет коммерческой ценности. Имело место перераспределение прибыли путем безвозмездного перевода ее части в заграничную фирму. Полностью выводы судов по делу № А40-28065/13 изложены в решении Арбитражного суда г. Москвы от 30.09.2014 и постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2015.

Концепция бенефициарной собственностив действии

Комментируемое дело – яркий пример глубокого исследования российским налоговым органом и судом предмета сделки передачи ноу-хау с точки зрения наличия коммерческой ценности, а также применения концепции бенефициарной собственности в отношении роялти. С учетом статистики оспаривания судебных актов, по этому делу высока вероятность поддержки сформулированной позиции в вышестоящих инстанциях. Концепция бенефициарной собственности получила юридическое закрепление в российском налоговом законодательстве с принятием поправок в Налоговый кодекс РФ о контролируемых иностранных компаниях (предусмотрены Федеральным закономот 24.11.2014 № 376-ФЗ). Фактически она применялась и до вступления в силу антиофшорных поправок. Это подтверждает позиция суда по анализируемому делу, а также ряд других налоговых споров и разъяснения Минфина России. Цель указанной концепции – граничение применения положений соглашений об избежании двойного налогообложения (СОИДН) к транзитным компаниям в случае, если фактическими получателями пассивного дохода (дивидендов, процентов, роялти) являются налоговые резиденты третьей страны, с которыми отсутствует СОИДН (либо есть соглашение с более высокой налоговой нагрузкой). В комментарии к статье 12 Модельной Конвенции ОЭСР* в отношении налогов на доходы и капитал, посвященной налогообложению роялти, ОЭСР обозначил позицию, согласно которой получатель роялти не может считаться бенефициарным собственником, если он ограничен в использовании роялти правовым обязательством передать полученный доход другому лицу. При этом должны учитываться фактические обстоятельства последующей передачи дохода (п. 4.3 комментария к ст. 12 Модельной Конвенции). Новая редакция ст. 7 НК РФ предусматривает специальные условия использования норм СОИДН о пониженных ставках налога или освобождении от обложения в отношении доходов от источников в России для иностранных лиц. Эти положения соглашений неприменимы, если иностранное лицо:

  • обладает ограниченными полномочиями в отношении распоряжения данными доходами, выполняя посредническиефункции;
  • не принимает на себя никаких рисков, выплачивая их (полностью или частично) налоговому резиденту третьего государства.

В российской судебной практике уже поднимался вопрос о бенефициарной собственности. В частности, в деле Eastern Value Partners, в котором суд поддержал налогоплательщика (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2012 по делу № А40-60755/12-20-388). Инспекция посчитала неправомерным применение фирмой положений СОИДН между Россией и Кипром, поскольку кипрская компания не являлась «бенефициарным владельцем дохода». То есть одновременно получателем дохода от выплачиваемых процентов по займу и обладателем права на раcпоряжение им. Минфин России до принятия антиофшорных поправок в НК РФ обозначил позицию, согласно которой кондуитная компания* не может рассматриваться как имеющая фактическое право на получаемый доход (письмо от 09.04.2014 № 03-00-РЗ/16236). Несмотря на формальный статус собственника дохода в сделке с лицом, являющимся налоговым резидентом государства – источника дохода, подобная компания обладает очень узкими полномочиями в его отношении. Это позволяет рассматривать ее в качестве доверенного лица или управляющего, действующего от имени заинтересованных лиц. А следовательно, фирма не может претендовать на применение положений, предусмотренных соответствующим СОИДН. Заслуживает внимания тот факт, что чиновники привели пример случая, когда платежи роялти носят транзитный характер. Так, иностранная организация, получающая доходы от авторских прав от источников в России по сублицензионному договору, перечисляет всю или почти всю сумму таких доходов лицу – резиденту третьего государства, не имеющего соответствующего СОИДН с Россией. Или в адрес компании из государства, соглашение с которым устанавливает менее льготные условия налогообложения. Причем, по мнению финансистов, сертификата налогового резидентства может оказаться недостаточно для использования положений СОИДН (письмо Минфина России от 24.07.2014 № 03-08-05/36499). Российское налоговое законодательство предусматривает, что доходы от использования прав на объекты интеллектуальной собственности, полученные иностранной организацией и не связанные с ведением предпринимательской деятельности в России, облагаются налогом в РФ при выплате иностранному получателю (подп. 4 п. 1 ст. 309 НК РФ). При наличии действующего СОИДН российская организация, выплачивающая роялти в адрес иностранной компании, вправе использовать пониженную ставку либо не взимать налог в РФ (в зависимости от соглашения). При этом иностранная компания должна быть лицом, имеющим фактическое право на доход, и подтвердить статус налогового резидентства в другом государстве до даты выплаты роялти (п. 3 ст. 310, п. 1 ст. 312 НК РФ). Ряд действующих СОИДН позволяют не удерживать в России налог на прибыль при выплате роялти за рубеж (соглашения с Австрией, Великобританией, Италией, Кипром, Люксембургом, Голландией, США, Норвегией, Швецией). Другие СОИДН предусматривают удержание налога при выплате роялти из России (соглашения с Австралией, Грецией, Ираном, Испанией, Киргизией, Кубой, Новой Зеландией, Португалией, Сингапуром, Сирией, Туркменистаном, Чили). В рассматриваемом деле суды посчитали необоснованным учет российской организацией сумм роялти в составе расходов при исчислении налога на прибыль. Аргументацияинспекторов сводилась к доказыванию:

  • отсутствия коммерческой ценности ноу-хау;

  • транзитного характера деятельности иностранной компании.

Коммерческая ценность ноу-хау

Суды анализировали наличие коммерческой ценности ноу-хау, используемого налогоплательщиком. Принимая во внимание мнение экспертов, арбитры заключили, что информация, переданная по лицензионному соглашению, не представляет собой ноу-хау. Она общеизвестна и не имеет коммерческой ценности. При этом были выделены следующие критерии ноу-хау:

  • необщеизвестность (новизна информации);

  • конфиденциальность (ограниченность доступа к информации);

  • наличие коммерческой ценности.

Информация, полученная налогоплательщиком, это сведения описательного, компиляционного характера в форме реферата из разных источников, хорошо известных специалистам отрасли. Она содержит описание продуктов и услуг, технологий, применяемых большинством операторов связи на территории РФ и используемых в отрасли десятилетиями. В материале нет сведений, которые могли бы быть отнесены к объекту ноу-хау, в частности:

  • описания новых технологий;

  • информации о способах применения, настройках, инсталляции оборудования, уникальных настройках и конфигурации сетевых элементов, основанных на протоколах, стандартизированных на международном уровне;

  • экономических выкладок, расчетов, маркетинговых исследований, анализа предпочтений потенциальных потребителей услуг связи, анализа прибыльности, рентабельности, экономической целесообразности и рациональности и т. п. Инспекция реализовала механизм международного обмена налоговой информацией и получила ответы на запросы о лицензионных выплатах у других компаний международной группы от налоговых органов Швеции, Германии, Дании, Норвегии, Венгрии, Украины, Казахстана. Как выяснилось, дочерние организации не осуществляли прямых платежей за какие-либо лицензии, являясь стороной договора о распределении телекоммуникационных услуг. Позиция налогоплательщика могла быть более убедительной, если бы он доказал, что ноу-хау позволило, в частности, формализовать основные бизнес-процессы, ввести типовые операции, сократить издержки производства, установить четкую систему оценки количества и качества деятельности персонала. Этот критерий коммерческой ценности ноу-хау был признан судом в постановлении ФАС Московского округа от 24.06.2014 № А41-26948/13.

Транзитный характер

Получив сведения в рамках международного обмена налоговой информацией, контролеры смогли доказать транзитный характер деятельности иностранной компании. Важно отметить, что в комментируемом деле российские инспекторы направляли запросы не только в налоговые органы Ирландии (страну получателя роялти), но и в Германию, Швецию, Норвегию, Данию, Венгрию, Украину и Казахстан, где находились организации, входившие в международную группу компаний.

Во-первых, получен ответ о корпоративной структуре: стороны лицензионного соглашения являются аффилированными лицами, имеющими общего учредителя. Во-вторых, полученная российскими налоговыми органами банковская выписка иностранной организации подтвердила, что платежи, направляемые российским плательщиком и иными организациями, практичеечение специалистов из иных организаций либо за интеллектуальные права. А значит, у нее не было таких кадров и она не могла оказывать техническую поддержку и не передавала ноу-хау. В-третьих, были получены отчеты о прибылях и убытках иностранной компании, из которых следует, что денежные средства выводились под видом выплаты процентов по займам. Как следствие, корпоративный налог не уплачивался в силу наличия убытков, учитываемых для данного налога. Это во многом и предопределило победу налогового органаски в полном объеме перечислялись на счет британской организации. При этом часть транзакций имеют в графе «Назначение платежа» отметку «monthly zerobalancing transfer». Таким образом, иностранная компания всего лишь аккумулировала денежные средства. Из банковской выписки также следует, что иностранная компания не платила за привл.

Большое количество компаний – в частности плательщики НДС, в ходе налоговых проверок признаются налоговыми органами, задействованными в схемах минимизации и уклонения от уплаты налогов. Выявление и доказывание факта получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды – на сегодня один из самых актуальных административных видов деятельности. С целью выявления и установления факта получения тем или иным налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, на практике довольно часто возникает необходимость проследить всю цепочку взаимоотношений налогоплательщика с контрагентами, что не всегда удается налоговикам в рамках обычных камеральных и выездных налоговых проверок в отношении конкретных налогоплательщиков. Необоснованной налоговой выгодой признается выгода налогоплательщика, которую он подтверждает документами по операциям, фиктивно созданным или экономически заниженным, с целью сэкономить на налогах.

Компания «выгодоприобретатель»

Федеральным законом 18 июля 2017 года № 163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса РФ», налоговый кодекс РФ был дополнен новой главой 12.1. «Налоговая выгода. Налоговый выгодоприобретатель. Налоговое расследование», в составе которой новая статья 79.1. «Налоговая выгода и налоговый выгодоприобретатель», раскрывает понятие налогового выгодоприобретателя. Указанные нововведения вступили в законную силу с 01 января 2018 года. Так, налоговый выгодоприобретатель – это лицо, фактически получившее налоговую выгоду. Налоговым выгодоприобретателем признается в частности лицо, контролирующее фиктивную компанию, по крайней мере, пока не будет доказано иное.

Компания «транзитер»

Транзитные схемы, как правило, применяется налогоплательщиками с целью уклонения от уплаты налогов. В более буквальном смысле «транзитные» компании используются налогоплательщиками в целях:

  • искусственного «наращивания» оборотов налогоплательщика;
  • обналичивания денежных средств;
  • минимизации налогооблагаемой базы.

Само распространенной транзитной схемой является заключение между компаниями договора поставки. Не менее распространенными в применении транзитных схем являются договоры на оказание услуг. Суть заключается в том, что в таких фиктивных договорах сумма поставляемого товара или оказываемой услуги превышает реальную стоимость в несколько раз, а доход компании (денежная разница) выводится из-под налогообложения под видом расходов этой компании. С целью сокрытия фиктивного характера той или иной операции (сделки), собственники «фирм-однодневок» создают целые цепочки юридических лиц (участников сделок), тем самым многократно прогоняя через них денежные средства. Однако налоговые органы научились выявлять подобные схемы уклонения от уплаты налогов, создав для этого целые комиссии по убыткам, работа которых заключается в выявлении причин убыточности компаний, распутывая цепочки искусственно созданной хозяйственной деятельности налогоплательщиков. Налогоплательщики в свою очередь тоже держат руку на пульсе, привлекая к участию номинальных участников и меняя компании. Что касается так называемых «фирм-прокладок», то на определенном этапе схемы по так называемой «прогонке» денежных средств одна из них вдруг платит налог на добавленную стоимость (НДС) в бюджет и выбывает из этой цепочки. При транзитной схеме недобросовестные налогоплательщики платят налог не с суммы контракта (сделки), а с суммы ввезенного товара.

Транзитная компания

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *